Толерантность...

[Волгарь]

Даже не так. Не «Единое информационное поле Земли».

Руперт Шелдрейк в 1981 году в своей книге «Новая наука жизни: гипотеза формообразующей причинности» предложил радикально новую теорию, объясняющую, как обучаются живые существа и как они изменяют форму. Гипотеза Шелдрейка состоит в следующем: если то или иное поведение повторяется достаточно часто, оно запечатлевается в неком «морфогенетическом (или формообразующем) поле».

Радикально новая, блядь, теория.

Которую Вернадский, Владимир Иванович, академик Императорской Санкт-Петербургской академии наук (и, заметим, первый президент самостийной Украинской академии наук ), донес до Запада еще в 1922 году, читая лекции в Сорбонне. И тамошний его коллега, профессор математики и философии Эдуар Луи Эмманюэль Жюльен Леруа, совместно с неким Пьером Тейяром де Шарденом (кто философию в ВУЗе проходил - фамилия может показаться знакомой... ) - развернул одну из мыслей, Вернадским высказывавшуюся вскользь, в общем его учении о системности всего сущего до отдельного учения о такой штуке, как ноосфера.

Каковую штуку даже советская наука упоминала - правда, не в школьной программе, чтоб не смущать юные умы, и немножко переиначивая определение, чтобы не выходить за рамки единственно верного классово-борцунского диамата совсем уж далеко.

В биосфере существует великая геологическая, быть может космическая, сила, планетное действие которой обычно не принимается во внимание в представлениях о космосе, представлениях научных или имеющих научную основу.

Эта сила, по-видимому, не есть проявление энергии или новая особенная ее форма. Она не может быть во всяком случае просто и ясно выражена в форме известных нам видов энергии. Однако действие этой силы на течение земных энергетических явлений глубоко и сильно и должно, следовательно, иметь отражение, хотя и менее сильное, но несомненно и вне земной коры, в бытии самой планеты. Эта сила есть разум человека, устремленная и организованная воля его как существа общественного. Проявление этой силы в окружающей среде явилось после мириада веков выражением единства совокупности организмов - монолита жизни - "живого вещества", одной лишь частью которого является человечество.

Но в последние века человеческое общество все более выделяется по своему влиянию на среду, окружающую живое вещество. Это общество становится в биосфере, т. е. в верхней оболочке нашей планеты, единственным в своем роде агентом, могущество которого растет с ходом времени со все увеличивающейся быстротой. Оно одно изменяет новым образом и с возрастающей быстротой структуру самых основ биосферы. Оно становится все более независимым от других форм жизни и эволюционирует к новому жизненному проявлению.

(с) Вернадский В.И., "Автотрофность человечества", 1925 г.

Обезьяны, блядь. Англосаксонские. Которые нихуя, кроме собственного "у-ук!" - не понимают и понимать не хотят, и всей памяти - оглянуться на собственную спину и вспомнить, что вчера там хвост был. Марш бататы мыть!

Если военных преступников приговорили к казням и длительным срокам заключения, то ученых постарались вывести из-под удара и они в большинстве своем получили или небольшие сроки заключения, или смогли покинуть тюрьмы досрочно. Но, например, тот же Менгеле просто скрылся от правосудия.

...а результатами его работ, захваченными в 1945 году в лагере Гросс-Розен, с успехом пользовалась советская медицина, да и с мировой наукой поделилась. Без особой огласки, само собой, но тем не менее. Потому что - да, все это ужасно и наказуемо, но... немцы провели в том числе и те эксперименты, на которые никто не решался, хотя интерес был у всех.

А его не менее смертоносные коллеги Вершуер и Бутенандт прекрасно устроились в послевоенный период и продолжали свои научные изыскания.

Добавим: Адольф Фридрих Иоганн Бутенандт еще в 1939 году получил Нобелевскую премию по химии; тогда это было куда круче, чем нынче. За раскрытие структуры половых гормонов человека; открытие для всего человечества - где-то на уровне выделения пенициллина. Такими головами не разбрасываются.

Ярым фанатом фюрера он что был, то был, но вот по "смертоносности" до Менгеле ему далеко, тема не та (причем по той же теме - опять-таки воздействие гормонов с целью повышения ТТХ военнослужащих - и у нас, и на Западе работали, не будем думать, на ком), да и уровень как ученого повыше на несколько голов: естествоиспытаниями в духе "провести вивисекцию, раз можно, и посмотреть, а что получится" не занимался. И, кстати, на истинных арийцах экспериментировал не меньше, чем на всем прочем материале.

Практически всем нацистским ученым нашлось место в США.

И в СССР немножко. Кого успели ухватить - а то ж они умные, сцуки, и заранее перебирались в будущую ФРГ, если кто восточнее жил и работал. Некоторые прям с 1944 года начали в тихий Мюнхен переезжать со всеми лаборантами.

Мы ругали своих сограждан, кто после революции отказывался от родственных связей с теми, кого признавали врагом народа. Но мы даже не давали себе отчета в том, что значит отказ от собственной расы.

В общем-то отказ от своей социально-биологической группы - семьи, рода, народа, Родины... - явление такое древнее, что даже как-то и неудобно его на современные технологии спихивать. Но то, что автора вштырило именно с расы...

"А у нас, грешным делом, сложилось мнение, будто ты, парень – расист!"(с) Зяма Мертворожденный