Саригоры. Подвиг пограничной заставы.
Ник Захарчев
Памяти сержанта
погранзаставы «Саригоры»
Юрия Кологреева
13 июля 1993 года все выпуски новостей на российском телевидении начинались с известия о том, что одна из пограничных застав на таджикско-афганской границе ведет бой с превосходящими силами афганских моджахедов, перешедшими государственную границу. Армия Таджикистана и Группировка погранвойск России не могут подойти к месту боя, так как единственная дорога, ведущая к заставе, заминирована и на ней устроены засады.
Тогда, слушая новости, еще никто в Ульяновской области не знал, что там, на берегу пограничной реки Пяндж, ведет свой последний бой наш земляк, сержант погранзаставы «Саригоры» Юрий Кологреев.
1993 год
Давайте вспомним 1993 год. Республика Таджикистан уже тогда была независимым государством и лакомым кусочком для афганских властей – талибам нужно было расширять сферы своего влияния и искать новые рынки сбыта наркотиков. Проблема была в одном – на таджикско-афганской границе стояли российские пограничники.
В марте 1993 года в северных районах Афганистана стали концентрироваться большие (до несколько тысяч человек) силы боевиков усиленные бронетехникой.
«Партия исламского возрождения Таджикистана» создало своё правительство, которое сразу же заявило, что будет бороться с «неверными» на территории Таджикистана и пограничники будут первыми на их пути к цели.
В марте на участке Московского погранотряда начались регулярные вылазки боевиков с территории Афганистана и нападения на погранзаставы. В апреле вооруженные обстрелы пограннарядов и обстрелы застав усилились. В конце мая моджахеды предприняли попытку штурмов захватить 11 заставу. Тогда ракетно-бомбовые удары и пулемётный огонь вертолётов заставил их отступить.
Попытка обстрела и захвата погранзаставы была предпринята на участке Пянджского погранотряда.
Тяжело было в те годы российским пограничникам. Их статус не был определён международными договорами – солдаты России, они несли службу вдали от своей страны, защищая границу другого государства, в котором, к тому же, шла гражданская война.
Москвич Д.Дружинин, служивший на 12 заставе, вспоминает:
- « Последняя зима заставы была очень трудной. Не было солярки, дров, угля, почти не было продуктов. Мука тоже кончалась. На обеды шел сухпай. Однажды вместо продуктов прислали «Урал» с солью. Полную машину. Бортом закинули две бочки керосина и его мешали с маслом, чтобы дизель хоть как то мог работать – по два часа в день, чтобы зарядить батареи для радиостанций. На дрова разобрали нижний склад. В спальне сложили печку, обложив металлическую буржуйку кирпичами. Но застава службу несла. Какое кому до нас было дело? Было ощущение, что про нас просто забыли… Понимаю, что для страны это были тяжелые времена, но оставить нас без снабжения вообще!?»
Именно на этой заставе и служил Ю.Кологреев. Он родился 2 июня 1972 года в Старой Майне. Обыкновенная биография сельского паренька - школа, СПТУ, армия. Службу он начал в учебке в Самаре, откуда попал в Германию. Там прослужил недолго – войска стали выводить и его направили в Таджикистан, в пограничные войска. Комиссия решила направить Юрия служить на 14-ую заставу. Однако он по дороге поменялся с одним из парней и вместо него решил ехать на 12-ую заставу «Саригоры» - самую боевую в отряде.
- Как не помнить «Кологреича»?, - вспоминают те, кто служил с ним,- Крепким он был и выносливым. Однажды в разведывательно-поисковой группе он тащил "двухсотку" к пулемёту. И когда пулемётчик уже стал «скисать», он еще и его патроны забрал себе, чтобы другу было легче.
На заставе многие беззлобно подшучивали над его оттопыренными ушами, а он смеялся и говорил: «Ну что, такого вот меня мамка родила!».
13 июля 1993 года
В июле Судебная коллегия Республики Таджикистан приняла решение запретить в стране деятельность всех оппозиционных партий. Это решение вызвало большую озлобленность среди руководства Афганистана и командиров таджикских незаконных вооруженных формирований.
Они понимали, что время работает не на них и приняли решение уничтожить 12-тую погранзаставу «Саригоры», создав там плацдарм для дальнейшего крупномасштабного наступления на город Куляб и выхода на равнинные территории Таджикистана. Более того, они заранее планировали зверства и надругательства над телами пограничников, чтобы вызвать среди жителей России общественное мнение, требующее вывода российских военных из Таджикистана.
Операцию по уничтожению погранзаставы назвали «Возмездие», в знак мести за неудачные попытки прорыва границы на участках Московского и Пянджского погранотрядов. Непосредственное командование уничтожением заставы взяли на себя лидер исламской партии Афганистана Кари Хамидулло и командир 55 пехотной дивизии Кази Кабир.
Сейчас многие газеты утверждают, что на заставу напала банда. Это не совсем так. В нападении на «Саригоры» принимали участие 14 бандформирований и солдаты 55-ой пехотной дивизии регулярной армии Исламской Республики Афганистан. Всего около 400 человек, на вооружении которых было 12 пулемётов, 4 безоткатных орудия, пять установок реактивного огня, 30 ручных гранатомётов, два миномёта.
На заставе было 48 пограничников.
Зажатая горами и простреливаемая с территории Афганистана застава «Саригоры» (в переводе – «яма в горах») представляла собой идеальную мишень. К тому же помощь к пограничникам могла прийти только по одной дороге, которую моджахеды предварительно заминировали и устроили на ней многочисленные засады.
Глубокой ночью, в 3 часа 15 минут, оперативный дежурный Московского погранотряда получил данные о начале перемещения нескольких групп моджахедов возле пограничной реки Пяндж, и о готовящемся нападении на 11 –ую заставу или другой, находящийся вблизи, погранпост. К этому времени связи с 12-ой заставой уже не было.
В 3 часа 50 минут на 12 заставе «Саригоры» забеспокоился пес Дик и часовые заметили людей, идущих со стороны ущелья Каферкаш. На заставу обрушился шквальный огонь из пулемётов, безоткатных орудий, миномётов, гранатомётов и реактивных установок. Огонь вёлся со всех окружающих высот и с территории Афганистана.
В 4 часа 15 минут командованию погранотряда с поста на высоте 2816 поступило сообщение о взрывах и стрельбе в районе заставы «Соригоры». Погранотряд был поднят по тревоге.
… Экипаж БМП-2 даже не успел забраться в «броню». Долгое время, заняв позиции возле машины, экипаж отбивал атаки нападающих, которые отчаянно пытались ее захватить. В эти минуты весь шквал огня душманов пришелся на экипаж машины. Все три члена экипажа боевой машины – Кусюнбаев, Николашкин и Халитов погибли в первые минуты боя. Но именно они приняли на себя огонь душманов и позволили пограничникам занять оборону по периметру заставы.
Начальник заставы Михаил Майборода приказал пограничникам занять круговую оборону и сам занял позицию возле ворот заставы сдерживая душманов огнем из противотанкового пулемёта. Кроме него пулеметный огонь вели рядовой С.Борин, рядовой И.Филькин и сержант Ю.Кологреев. Именно по этим пограничникам и был направлен основной огонь моджахедов которые пытались уничтожить в первую очередь пулемётные точки.
Трижды душманы забрасывали гранатами окоп в котором вёл огонь рядовой С.Борин. Но тяжело раненый, Сергей продолжал вести пулемётный огонь заставляя нападающих вжиматься в землю. Он погиб когда брошенная граната буквально разорвала его на части.
Несколько раз был закидан гранатами и окоп Игоря Филькина. Но пограничник вёл бой не смотря на тяжелые ранения. Когда у Игоря кончились патроны, душманы смогли подойти к нему со спины и выпустить в него два магазина патронов.
Юрий Кологреев вёл огонь из пулемёта защищая свой обьект – узел связи. Моджахеды уже были на территории заставы и закидывали позиции пограничников гранатами. В окопе сержанта Кологреева разорвались три гранаты-«эргэдэшки» оторвав ему осколками руку и ногу. Душманы подошли к истекающему кровью сержанту и расстреляли его в упор. Так описывает гибель нашего земляка военкор журнала «Пограничник». Правды ради приведу другую версию его гибели, услышанную мною от однополчан Юрия – «Ребята рассказывали, что во время боя, когда все уцелевшие собрались в районе водонапорной бочки и решали, как прорываться, в районе собачника еще бил наш автомат. Ребята набивали магазины патронами, а Кологреев собрался туда. Там сержант Елизаров вёл свой последний бой, а они были дружны. Взяв патроны и для него, Юра попросил ребят немного подождать, пока они с Елизаровым прорвутся. Он пошел по окопу в сторону нижнего склада, а в этот момент духи опять начали сильный обстрел и под прикрытием стали прыгать в окоп. Кологреев свалил двоих, и, махнув рукой, побежал к собачнику. Больше живым его не видели. Такая вот судьба».
На заставе лучшим другом Ю.Кологреева был Володя Елизаров, командир отделения службы собак.
Когда начался бой и экипаж БМП-2 начал отбивать атаки душманов, на помошь экипажу поспешил уже раненый сержант В. Елизаров. Вместе с мотострелками он отбивал атаки моджахедов, а после гибели экипажа отошел к вольерам служебных собак и занял оборону там.
Несколько часов, будучи тяжело раненым, сержант В.Елизаров сдерживал нападение душманов. Когда заставу освободили, то возле питомника было обнаружено 16 трупов афганских боевиков.
Володя Елизаров погиб… Душманы, видя отчаянное сопротивление, забросали его окоп гранатами, и, добравшись после этого до пограничника, ему, еще живому, но раненому, отрезали голову и бросили ее в вольер собакам.
Начальник заставы М.Майборода погиб в начале боя после того, как ему осколками был поврежден позвоночник. За три дня до этого боя Михаилу исполнилось 25 лет.
Командование заставой принял на себя лейтенант А.Мерзликин. «Застава вела бой до тех пор, пока не кончились патроны и гранаты- вспоминал он впоследствии.- После того, как стало ясно, что в ближайшее время помощи ждать неоткуда, а тем, кто останется на заставе грозит неминуемая гибель, я принял решение прорываться. В минуту недолгого затишья я собрал всех оставшихся в живых бойцов, рассказал о своем решении прорываться. Несколько человек, которым было трудно передвигаться самостоятельно, добровольно предложили прикрыть наш отход…»
В 14.20 группа оставшихся в живых пограничников начала прорыв сквозь окружение. Бой уже шел около 11 часов. Все оставшиеся в живых пограничники были ранены. Патронов практически не было – у многих в магазине оставалось всего лишь по 3-5 патрона. Лейтенант Мерзликин был контужен. Выйдя к своим он затруднился даже вспомнить фамилии пограничников геройски погибших на заставе. Да что фамилии, если на вопрос журналиста – сколько вам лет? -он повернулся к рядом стоящему бойцу и его спросил – сколько мне лет?. Ему было 24 года.
Как шла помощь
Сразу же после нападения на 12-ю заставу из отряда вышла группа поддержки. Её командование взял на себя начальник отряда майор В.К.Масюк. Он приказал лётчикам поднять в воздух вертолёты. В них погрузили весь оставшийся в отряде резерв— всего сорок один боец. В направлении высоты Иол, где находится 13-я застава, выдвинулась бронеколонна.
В начале девятого утра резерв прибыл на соседнюю, 13-тую заставу «Иол». Здесь их ждали еще 32 человека на двух «бэтээрах» - бойцы мотоманевренной группы и заставы «Иол» . Всего на помощь «Саригору» вышло 73 пограничника. В это же время из Куляба подошла группа поддержки — 18 человек 201-й мотострелковой дивизии. Их сопровождала самоходная зенитная установка «Шилка». Начали медленно спускаться по единственной дороге, ведущей через кишлак Саригоры, на 12-ю заставу... Дорога оказалась заминирована. При попытках разминировать со скал стали раздаваться прицельные залпы – засада.
..До заставы оставалось всего четыре километра. Но колонна идущая на помощь, шла эти километры черепашьим шагом. Когда стало ясно, что вся дорога нашпигована современными минами, вдоль дороги устроены засады, а на заставу «Саригоры» совершено не просто нападение, а идёт вооруженное вторжение афганской армии в Таджикистан - экипажи танка и БТРа, принадлежащие силам Комитета Национальной безопасности Таджикистана, наотрез отказались идти дальше. Бронетехника армии Таджикистана развернулась и ни сделав ни единого выстрела, повернула обратно.
Силы гвардии Республики Таджикистан, замыкавшие колонну резерва, как только тот напоролся на засаду, тоже отказались идти на помощь оборонявшейся заставе.
В 15 часов десантно-штурмовая группа Московского погранотряда под командованием капитана В.Басманова уничтожила последний пулемётный расчет душманов на дороге к заставе. Помошь вышла к заставе. Только помогать уже было не кому… Застава была разрушена до основания. На земле валялись приборы ночного видения и оставленные душманами автоматы и гранатомёты. В окопе, склонив голову на бруствер лежал лейтенант Майборода. На его плече – убитый рядовой Куликов. В окопах, на склонах, по территории – повсюду тела погибших пограничников. «Изувеченные до неузнаваемости лица, - вспоминает старший лейтенант А.Федотов,- у многих выколоты глаза, оторваны руки и ноги, вспороты животы, вырезано сердце. На кистях вывернутых рук некоторых – глубокие следы от верёвок, и с головы до ног содрана кожа.» Душманы ни взяли в плен ни одного пограничника – они издевались над телами погибших.
Всего наших ребят погибло — 25, а трупов бандитов на различных участках обороны заставы насчитали около восьмидесяти.
Мулло Каримов
Судьба тех, кто на стороне моджахедов нападал в тот день на заставу, сложилась по разному. Одним из них был Абдурахим Каримов. Когда то это был обыкновенный тракторист таджикского колхоза.
С развалом СССР в республиках Средней Азии произошел всплеск религиозности. Каримов стал читать Коран, сформировал вокруг себя группу последователей и во время гражданской войны в Таджикистане встал на сторону религиозного фундаментализма. Войну они проиграли, и власти Таджикистана изгнали из страны воинствующих исламистов.
Ушел в Афганистан и мулло Каримов. Там он стал одним из самых известных полевых командиров действующих на участке Московского погранотряда. Принимал участие в нападении на посты погранзастав «Шагон», «Баг», в нападении на «Саригоры».
Постепенно обстановка в Таджикистане нормализовалась. Многие беженцы и боевики из Афганистана вернулись на родину. Вернулся и А.Каримов. И не просто вернулся – был назначен председателем Таможенного комитета Республики Таджикистан. Стал респектабельным чиновником с офисом, секретаршами и сбрил бороду. И именно в эту пору руководимая им таджикская таможня стала брать дикие взятки. Даже поговорка возникла - «Таможня берёт добро!». Особенно доставалось военнослужащим Группы погранвойск в Таджикистане – офицеры, отслужившие годы в боевых условиях афганской границе уезжали из Таджикистана без копейки – таджикские таможенники знали с кем сводить счеты.
Впоследствии Каримов стал работать завхозом в Агентстве по контролю за наркотиками. В общем, жизнь удалась.
Сейчас этот человек, убивавший российских и таджикских пограничников ведет мирную спокойную жизнь в Таджикистане.
Кази Кабир, командующий 55-ой пехотной дивизии армии Афганистана тоже сделал «хорошую» карьеру – повоевав «за зелёное знамя ислама» он стал контролировать переброску наркотиков из Афганистана в Таджикистан.
Не повезло другому известному «борцу за веру» который так же принимал участие в нападении на «Саригоры» - Хаттабу. Это потом, когда начнется чеченская война, его имя станет известным и проклятым на всю страну. А в 1993 году он был еще мелкой сошкой, бегая в подмастерьях у известных афганских моджахедов.
Сейчас расхожим мнением стало то, что воинствующие исламисты ведут священную войну – джихад – с неверными. Однако мало кто вспоминает, что война эта началась в Афганистане, когда талибы стали уничтожать своих же одноверцев братьев-мусульман. Даже известный в Афганистане полевой командир Ахмад Шах Масуд был в числе их жертв. А разве одни славяне гибли защищая «Саригоры»? Вчитайтесь в фамилии погибших – рядовые Сайдуллоев, Каримов, Джумаев, Умаров, Магомаев, сержант Кусюнбаев. Их хоронили согласно канонам ислама…
Груз-200
14 июля, утром, начальник медпункта Московского погранотряда старший лейтенант Фаиз Халитов получил от майора В.Масюка приказ по рации: « Встречайте потери..!» Медики еще не знали, какие потери на заставе… Разложили на взлётной полосе отряда 20 носилок.. Из приземлившегося вертолёта первым вышел пошатываясь, зажимая рукой прострелянную грудь сержант Евланов…и тут же упал от большой потери крови. Здесь же, на взлётке, всем раненым сразу же начали оказывать помощь…. Вздохнули облегченно – на границе бывали потери и пострашнее….
И тут, уже ближе к полудню, в отряд полетел второй вертолёт с «Саригоры». Вот как это описывает старший лейтенант А.Федотов:
« Второй борт сел тяжело. Выключенные двигатели заглушились практически сразу. Из-под еще неоткрытой двери капала кровь…. Опознать кто есть кто было трудно. Обгоревшие, без глаз, кастрированные, задушенные удавками… Страшно.»
Таких потерь пограничные войска не видели с 1941 года.
25 пограничников погибло в том бою. В их числе и старомайнец Юрий Кологреев. Он был обыкновенным парнем. Таких сотни в Старой Майне- учился в школе, потом в нашем СПТУ. Разве мог он когда то подумать, что его именем назовут пограничную заставу, что офицеры Среднеазитского погранокруга поставят на берегу пограничный реки Пяндж памятник, где будет и его фамилия, что его имя минутой молчания будет вспоминать всё руководство страны во главе с Президентом во Владимирском зале Кремля, что его подвиг станет классическим примером боя с превосходящими силами противника который будут изучать слушатели Военной академии Генштаба. Вряд ли.
Недавно Российское телевидение показало фильм «Застава». Сюжет этого фильма основан именно на событиях произошедших 13 июля 1993 года на 12 заставе «Саригоры» Московского погранотряда.
Пограничники этой заставы не просто не дали нарушить государственную границу – они предотвратили то, что через несколько лет произошло в Чечне – всплеск международного терроризма. Однако в Чечне террористы не стали лезть напрямую – они сделали это с помощью политики и больших денег. Так надёжнее.
Есть такое мнение, что сейчас уже идет третья мировая война. Война с терроризмом. Так вот первый бой этой войны произошел 13 июля 1993 года на 12 заставе Московского погранотряда.
Военное руководство страны в те дни обратилось с письмом к Президенту России с просьбой объявить в стране общенациональный траур по погибшим пограничникам и принять меры по увековечению их памяти.
Однако в стране шел 1993 год. Вспомните. Ельцин и Хасбулатов делили власть. Расстрел Белого дома. Танки в Москве. Не до погибших пограничников было тогда …
Дмитрий Разумовский
Многие из читателей наверняка знают имя ульяновца Дмитрия Разумовского, офицера спецподразделения ФСБ «Вымпел» . Но мало кто знает, что бой на заставе «Саригоры» резко изменил его жизнь.
Тогда Дмитрий служил там же, в Московском погранотряде начальником заставы десантно-штурмовой группы. Михаил Майборода был его лучшим другом. Даже своего сына Д.Разумовский назвал в его честь – Михаилом. Дмитрий часто бывал на заставе своего друга, и, зная специфику погранвойск, я уверен, что он был знаком со своим земляком из Старой Майны Юрой Кологреевым.
После боя на 12 заставе капитан Д.Разумовский написал письмо руководителям страны, где открыто сказал, что пограничники на афганской границе практически забыты страной и брошены ею. «Мы готовы и в будущем служить вам «пушечным мясом», - писал он,- вот только не знаем, ради каких интересов гибнут наши друзья. Где же твоя забота о русских, Россия?». Это письмо под заголовком «Кремль запретил мне мстить за друзей. Но я не выполню этот приказ» было опубликовано в «Комсомольской правде». После публикации Д.Разумовского вызвали к командующему погранвойсками в Таджикистане и уволили в запас.
Через год он станет служить в «Вымпеле» и погибнет в Беслане, вынося на своих руках детей из пылающей школы.
***
Указом Президента России № 1050 от 19 июля 1993 г. шести пограничникам заставы «Саригоры» присвоено звание Героя России, из них четверым – посмертно. Сержант Ю.Кологреев, за проявленные мужество и героизм, награжден орденом «За личное мужество». Приказом министра безопасности РФ №413 от 1 ноября 1993 года заставе присвоено имя в честь павших. С того дня она именуется: 12-я пограничная застава имени 25 героев.
_________________
Сохраните только память о нас, и мы ничего не потеряем, уйдя из жизни………
Ответить с цитированием