После войны 1812-го года почти 150 тысяч "пленных европейцев" остались в России навсегда по доброй воле
В Отечественную войну 1812 года наш край не был театром военных действий, но наряду с другими губерниями Российской империи был избран для размещения военнопленных поверженной армии Наполеона.
Не все выжившие в этой войне солдаты великой армии вернулись домой. Почти 150 тысяч "пленных европейцев" остались в России навсегда по доброй воле. Не все они были французами. В войне 1812 года участвовали почти все европейские народы.
В Государственном архиве Ивановской области в фондах Юрьевецкого и Кинешемского магистратов, метрических книгах городских церквей отложились документы не только о временном пребывании на ивановской земле пленных французской, итальянской, австрийской наций, но и о том, как чужая земля стала для них второй родиной.
В марте 1813 г. в города Юрьевец и Кинешму Костромской губернии прибыли 250 военно-пленных солдат и офицеров. Большинство разместились по квартирам местных жителей, а самых больных, истощенных людей поместили отдельно - в старые деревянные остроги. Для больных чесоткой юрьевецкий городничий Карпович распорядился выделить отдельный дом. В специальном циркуляре департамента медицины, присланном костромскому губернатору, сообщалось, как нужно содержать пленных для предотвращения в городе эпидемий заразных болезней. Предписывалось окуривать помещения, где содержатся больные для обеззараживания воздуха; умерших глубоко зарывать в землю, тщательно соблюдать чистоту. Местным жителям внушали, чтобы они сами береглись от болезней, оказывая иностранцам "христианское призрение", - одежды их на себя не надевали, близко не общались. В этом же циркуляре рекомендовалось при входе в больницу "во отвращение прилипчивости болезни" держать во рту кусок хлеба, "обмоченного" в ореховое, коровье, конопляное или льняное масло; по выходе на "чистый воздух" хлеб следовало выбросить.
Местные жители были обеспокоены тем, что в дневное и ночное время пленные ходили по городу с зажженными курительными трубками "без всякой опасности, отчего в городе последовать может от огня великая опасность". От городской думы пришло указание: "в квартирах и вне оных чтобы с зажженными курительными трубками не ходили".
В августе 1814 г. император Александр I издал указ о разрешении военнопленным бывшей армии Наполеона вернуться из России домой. В течение августа - ноября 1814 г. в Юрьевецкий и Кинешемский магистраты поступили списки иностранцев, которые изъявили желание навсегда остаться в России. Военно-пленные итальянской нации: Юан Стори, 30 лет; Йозеф Паганини, 25 лет; Йозеф Маргантини, 22 лет; Зин Зина, 27 лет; Люрензи Картези, 23 лет; Никифор Антони, 25 лет, - приняли присягу на вечное подданство России и приписались в кинешемское мещанство. Итальянец Антонио Фортунато Роси, 32 лет, и поляки австрийского подданства - Павел Сикорский, 26 лет, с сыном Аполлоном, Кузьма Мартыновский, 27 лет, пожелали быть мещанами Юрьевца. В ноябре этого же года в Кинешме присягнул России француз Мишель Бион, 22 лет.
Жизнь военнопленных, принявших российское подданство, регламентировалась специальными правилами, утвержденными Комитетом министров. Им разрешалось жить во всех российских городах, кроме присоединенных от бывшей Польши, а также кроме Курляндии, Финляндии, Бессарабии, Белостокской и Тернопольской областей. "Каждый подданный по узаконению должен быть причислен к какому-нибудь сословию или званию, если таковой ремесленник учинит на подданство присягу, записывать его в мещане, освобождая на 10 лет, со дня записи в звание, от всех мещанских податей и повинностей, как не имеющего оседлости и собственности". Военнопленные могли работать на фабриках и заводах, определяться внаймы, быть мастеровыми. Заключительный пункт "Правил" гласил: "Подтверждать земским и градским начальникам, дабы они всем вступившим из пленных в подданство России оказывали ласковое обхождение и защиту от всяких притеснений, как скоро поведение их будет добропорядочно и не обращать на себя справедливого подозрения".
По метрическим книгам церквей Кинешмы и Юрьевца можно проследить дальнейшую судьбу "новоиспеченных россиян". Так, в метрической книге Спасовходского собора Юрьевца есть актовая запись от 16 ноября 1814 г. о том, что "миропомазанный итальянец Антонио Фортунато Роси наречен Платоном Петровым". 11 июня 1815 г. состоялось венчание "приписавшегося" из военнопленных итальянской нации в российское подданство и поступившего по желанию в юрьевецкое мещанство Платона Петрова с московской мещанской вдовой Варварой Егоровной Потехиной. В 1816 г. у них родилась дочь Хиония, в 1818 - Платонида, в 1819 - сын Иван.
8 января 1822 г. в Успенском соборе Кинешмы венчался "отрок французской нации, поступивший в вечное российское подданство и по желанию его присоединенный к православной греко-российской церкви Костромы Мишель Бион", при крещении нареченный Александром, по крестному отцу - Петров с кинешемской мещанской дочерью Парасковьей Ивановой. Поручителями по жениху были мещане итальянской нации Василий Иванов и Никифор Антонов.
В 1824 г. юрьевецкий градский староста Николай Никифоров сообщил в магистрат, что "... во исполнение указа городового магистрата от 28 августа 1824 г., причисленный казенной палатой с начала текущего года из военнопленных Антонио Фортунато Роси, а миропомазанный Платон Петров, в здешнее мещанство включен, и подати с него взыманы и представлены в здешнее уездное казначейство... а также покорнейше доношу, что причисленный с 1814 г. из военнопленных Павел Сикорский и сын его Аполлон, первый в 1817 г., а последний в 1818 г., померли, после коих ни имения, ни наследников не осталось. А потому и податей, казне принадлежащих на сей 1824 г., взымать нечего".
В метрической книге Успенского собора Кинешмы 9 ноября 1819 г. зарегистрировано бракосочетание "приписного из итальянцев" Никифора Антонова (бывшего Никифора Антони) с мещанской дочерью Феодосией Васильевой. Так в Кинешме начался род Иноземцевых, которые в 1869 г. поменяли фамилию и стали "Ронзиными". Иноземцевы-Ронзины были прихожанами Воскресенской церкви Кинешмы. У Никифора Антонова и Феодосии Васильевой в 1830 г. родился сын Илья. У Ильи Никифоровича Иноземцева в браке с Марией Алексеевной родились 11 детей, 7 из которых умерли во младенчестве. Сыновья Ильи Никифоровича - Никифор, Иван и Михаил были в Кинешме мастерами "металлических дел". Их потомки сейчас живут в Кинешме, Заволжске, Иванове, Москве, Красноярске...
Сообщение от gorgona-meduza
Текст свернут. нажмите + чтобы посмотреть
Ответить с цитированием