Страница 3 из 3 ПерваяПервая 123
Показано с 67 по 71 из 71

Тема: Доверие к Польше разорвано в клочья.Поляки о Польше.

  1. #67
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    212

    По умолчанию

    Re: Переводы с польских форумов - архив
    10.03.2009 2:18:31

    http://prawica.net/node/15365
    Krzysztof Zagozda
    Sytuacja międzynarodowa Polski po wyjściu z Unii Europejskiej. Studium problemu

    Кшиштоф Загозда
    Международная ситуация Польши после выхода из Евросоюза. Исследование проблемы.


    Не подлежит сомнению тот факт, что подчинённость польского государства политике Евросоюза является переходным состоянием. В момент выхода Польши из ЕС-овских структур либо их центробежной деструкции, будет инициирован невиданный со времён II Речи Посполитой пионерный этап выковывания автономности нашей страны.

    Даже после 1989 года одно правительство за другим лишь бездарно пыталось изображать самостоятельную внешнюю политику, пользуясь набором протезов, имитирующих реальную дипломатическую активность. Типичным примером является создание так называемой Вышеградской Группы, единственным объективным достижением которой можно считать укоренение в обществе мифа о нашем предводительстве в Центральной Европе.

    Программу эффективного воплощения в жизнь своей внешней политики широким фронтом реализуют только государства сильные в экономической или в военной сфере. На карте Европы нет места, по отношению к которому континентальные державы не сформулировали бы своего комплекса интересов, используя политико-исторический контекст региона, а также широкий набор дисциплинирующих аргументов.

    То же самое происходит и в рамках Евросоюза, потому что здесь главной предпосылкой осуществления политики является немецкий национальный эгоизм, а эгоизм остальных государств проявится по мере развития экономического кризиса. Когда Польша выйдет из ЕС-овских структур, первое, чему ей придётся противостоять, будет контратака Германии, главного получателя политических выгод от брюссельской бюрократической махины. Чтобы найти своё место в этой новой международной реальности, нам потребуется не только внутренняя мобилизация всего общества, но и пересмотр наших до сих пор существовавших политических доктрин.

    Отправной точкой этих размышлений станет анализ британской политики, проводимой в течение последних трёхсот лет. Так вот, Великобритания всегда более или менее открыто выступала против самого сильного европейского континентального государства, каковым сегодня, несомненно, является Германия.

    Можно предположить, что любая страна, которая отвергнет подчинение порядку, навязанному Европе Берлином, получит поддержку Лондона. Поддержка эта будет тем сильнее, чем более кризис разъест внутриЕС-овскую дисциплину. Дополнительным преимуществом британской интриги является постоянное сталкивание двух сильнейших государств старого континента. Когда мы поймём, что сегодня оно касается Германии и России, то будет трудно с точки зрения Варшавы не посмотреть на такой конфликт с одобрением.

    На британское сватовство Варшавы с Москвой Германия, наверняка, ответит кокетством с Украиной и Литвой, умело разыгрывая польскую ностальгию по восточным Кресам II Речи Посполитой. Её будут невольно подтверждать всё более навязчиво затеваемые Берлином дискуссии, подвергающие сомнению пост-потсдамский порядок, а это, в свою очередь, будет замечено в Праге.

    В результате появится шанс на реальное польско-чешское сближение. Перед лицом исторически сложившейся и прагматичной прогерманской ориентации прибалтийских государств и Украины, окажется необходимым нормализация отношений на линии Варшава-Минск. Мне кажется, что достаточной предпосылкой к этому будет отказ Польши от политики поддержки белорусской оппозиции, за которой стоят немецкие приспешники.

    Экономический кризис кажется наилучшим моментом для Польши начать процесс выхода из Евросоюза. Государства-члены ЕС сконцентрируют всё внимание на собственных внутренних проблемах. Экономический крах подогреет с таким трудом до сих пор сдерживаемые конфликты, особенно на этнической почве, а отсюда уже только шаг до конфронтации по религиозному признаку. Это касается, главным образом, государств старого ЕС, иммиграционная политика которых сознательно ослабляет внутренний христианский дух. Эти явления должны привести к росту значения сил евроскептических и национальных, а в результате – реальное противостояние немецкому доминированию в ЕС. Если при этом будет разрушена ось Берлин-Париж, то ничто уже не остановит внутреннюю деструкцию Евросоюза.

    Ареной конфликтов национально-религиозного характера, наверняка, станут Балканы. Их специфика – антагонизм соседствующих слабых государств, принуждённых искать политического покровительства у европейских держав, то есть у России и Германии. На противоречиях балканских интересов этих держав должна играть польская дипломатия, поскольку любое сближение Берлина и Москвы поставит нас в трудную геополитическую ситуацию.

    Наряду с экономической и военной силой важным оружием ведения международной политики может стать идеология. В этом убеждает хотя бы сила воздействия Советской России на общества Западной Европы. С большой долей вероятности можно предположить, что драматизм политических и социальных процессов инициирует рост религиозности в европейских обществах с сильной ориентацией на христианство.

    Уже сегодня этому служат действия Бенедикта XVI, который умело использует Традицию Католической Церкви, те её атрибуты, которые породили мощь латинской цивилизации. Издавна наш народ был передовым бастионом католицизма, и ничто не мешает тому, чтобы именно он встал во главе истинной реевангелизации Европы. И не будет ничего худого в том, что при случае улучшится имидж Польши, который сильно пострадал из-за враждебной нам пропаганды. Если польский католицизм в течение нескольких веков был причиной различных форм внутренней дискриминации, то пусть же завтра он по примеру 966 года станет орудием, которое послужит усилению нашей государственности
    .
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  2. #68
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    212

    По умолчанию

    Opcja na prawo

    http://www.opcja.pop.pl/index.php?id_artykul=2715
    Stanisław Michalkiewicz
    Polityka zagraniczna – zapis agonii

    Станислав Михалкевич
    Внешняя политика – запись агонии


    Государства делятся на две группы: серьёзные государства и остальные. Серьёзные государства – это такие, которые способны определить свои интересы и не отступать от их реализации, невзирая на внешние и внутренние обстоятельства. Государства остальные на это не способны. Серьёзные государства, как правило, большие, и на международной арене выступают как державы. Державность, как известно, означает способность устанавливать и приводить в исполнение собственные законы или свою волю за пределами своих стран. Чаще всего величина и державность – это результат умения государством реализовать собственные интересы. Иногда серьёзные государства не велики, но, несмотря на это, умеют навязывать свою волю другим странам, причём иной раз – большим странам. В качестве примера можно называть хотя бы Израиль, который, действуя терпеливо и методично, сумел выработать механизм навязывания своей воли не кому-либо, а Соединённым Штатам, причём до такой степени, что они жертвуют собственными государственными интересами, чтобы только угодить еврейскому государству. Правда, ситуация, когда хвост виляет собакой, встречается крайне редко, но именно потому она и заслуживает внимания.
    Польша принадлежит к другой группе, то есть – к остальным государствам. На то есть много причин, но если мы отбросим изменяющиеся исторические условия, то можно сказать, что польскую внешнюю политику определяют два элемента: влияние агентуры на государственные решения и интересы сопредельных держав.

    Воспоминание о ПНР

    Решения, принятые на конференциях в Тегеране и Ялте, предопределили то, что Польша попала в зону влияния Советского Союза и на многие десятилетия стала «неразрывным звеном социалистического содружества», то есть – Варшавского Договора, бесспорным политическим руководителем которого, а в действительности политическим диктатором, был Советский Союз. По этой причине Польша на международной арене в принципе исполняла задания, ей порученные, например, «план Рапацкого» («План Рапацкого» — выдвинутый в 1957 г. министром иностранных дел Польши А. Рапацким проект создания в центре Европы зоны, свободной от ядерного оружия - прим. перев.). Его главной идеей было создание «безъядерной зоны» в Европе, то есть – заблокировать возможность размещения американского ядерного оружия и даже установления пояса ядерных мин в Западной Германии. Целью этой инициативы было ослабить возможности НАТО в случае предполагаемой атаки Варшавского Договора на Западную Европу. Как мы помним, в планах этой атаки Польша должна была наступать в сторону Дании, и в связи с этим развивала войска одноразового употребления, так называемые «голубые береты». Сегодня мы уже знаем, что в планах «эластичного реагирования» НАТО Польше в этой ситуации было предназначено 400 ядерных ракет, что практически означало бы уничтожение польского народа.

    Так же, как и другие государства Варшавского Договора, Польша участвовала в акциях усмирения внутри советской империи. Например – в нашествии на Чехословакию в 1968 году, которое было иллюстрацией доктрины Брежнева об ограниченном суверенитете социалистических государств. Как известно, соцстраны были – а как же иначе? – суверенными, но при этом и социалистическими, что было гораздо важнее. Поэтому если социализм, то есть власть советской агентуры в какой-то из «братских» стран, попадал в передрягу, то другие «братские» страны должны были оказать ему «братскую помощь», то есть вернуть власть тамошней советской агентуре, не обращая внимания на декларации о суверенности.

    Но это не значит, что правящая в Польше советская агентура не вела собственной внешней политики. Любой директор департамента имел державные притязания, а что говорить о тех, кто считал себя государственным деятелем, вершащим историческую миссию? Главным, а если говорить честно, то единственным вопрос внешней политики ПНР была граница на Одре и Нысе. С точки зрения Москвы, демаркационная линия, отделяющая одну провинцию империи от другой, не имела принципиального значения, но для наших царьков – совершенно иначе, особенно в случае Польши, где граница на Одере и Нысе была важным элементом легитимизации коммуны в глазах общества, которое должно же было как-то смириться с необратимой утратой Восточных Кресов. Так что когда однажды Хрущёв в приступе хорошего настроения сказал в ГДР, что собственно говоря, всё едино, находится ли Щецин в Германии или в Польше, Владислав Гомулка приказал устроить в этом городе большой военный парад. Впрочем, ничего больше он сделать не мог, потому что за подписание договора о границе с канцлером Вилли Брандтом в 1970 году прежде, чем это сделала Москва, потерял власть из-за беспорядков, в которых определённую роль сыграл электрик с Гданьской верфи по имени Лех Валенса.

    Перемены в союзах

    Так что когда в 1985 году Михаил Горбачёв предложил в Женеве Рональду Рейгану трактат, ограничивающий вооружения, стало ясно, что вследствие невозможности Советского Союза противостоять «звёздным войнам», а также из-за всё более явного провала советских проектов, связанных с вторжением в Афганистан, Чудесная Страна близка к банкротству, и в этой ситуации следует считаться с возможностью эвакуации Империи из Центральной Европы. Эти предположения были подтверждены встречами обоих политиков в последующие годы; в 1986 году в Рейкьявике, потом в Вашингтоне и в Москве, а после окончания второго президентского срока Рональда Рейгана – с президентом Бушем на Мальте и в Вашингтоне. Переговоры касались также формы и масштаба политического освобождения народов Центральной Европы. По понятным причинам оно во многом было спонтанным, но, конечно, в границах здравого разума, чтобы ни под каким видом, ни с кем ничего плохого не случилось. Николай Чаушеску в Румынии и наказание, его постигшее, были исключением, подтверждающим правило, о чём следует помнить во время юбилейного фестиваля для идиотов, в рамках которого как представители «правительственных кругов», так и «общественности» за круглым столом, а особенно один кретин, будут раздуваться спесью по поводу своих «суверенных решений».

    Эвакуация советской империи привела к тому, что в Центральной Европе снова возник политический вакуум, как в 1918 году. Как мы помним, в том вакууме, вызванном большевистской революцией в России и военным поражением Германии, возникли независимые государства, так называемые «национальные», и это положение вещей было признано создателями Версальского Порядка, построенного на идее слабости Германии и России.
    Идея эта оказалась весьма непрочной, так что на этот раз государства Центральной Европы попытались решить этот вопрос иначе, создав «третью силу», способную уравновесить влияние Германии и России. В 1988 году Италия, Югославия, Австрия и Венгрия подписали в Будапеште договор, названный по числу подписавших «Quadragonale». Вскоре, ещё до «бархатного развода», к нему присоединилась Чехословакия, вследствие чего «Quadragonale» превратилось в «Pentagonale», а после присоединения Польши – в «Heksagonale».
    Члены «Heksagonale» предполагали, что Россия, которая как раз начала погружаться в хаос, не в состоянии будет торпедировать эту инициативу, а Германия, которая, правда, ни в какой хаос не погружалась, наоборот – поглощала бывшую советскую оккупационную зону, то есть ГДР, но, будучи стеснена «европейскими» связями, тоже не станет устраивать никаких фокусов. К сожалению, второе предположение оказалось совершенно ошибочным. Германия, вернув себе свободу движений, немедленно повторила ход Адольфа Гитлера 1940 года, то есть – развязали кровавую войну на Балканах, спровоцировав Словению и Хорватию к провозглашению независимости. Югославия, которая должна была стать балканской опорой «Heksagonale», запылала, и это зрелище, показав, чем грозит политиканство за немецкой спиной, привело к тому, что все члены «Heksagonale» мгновенно излечились от иллюзий о «третьей силе». Правда, «Адриатическая Инициатива» - таково было официальное название «Heksagonale» - до сих пор существует, но выглядит, скорее, привидением и никакой роли в европейской политике не играет. С тех пор политический вакуум, который возник в Центральной Европе вследствие эвакуации Советской Империи, начинает заполнять Германия при помощи «расширения Евросоюза на восток».

    Серьёзное государство ничего не забывает

    В XIX веке родилась идея, которая не только изменила характер Европы и мира, но также и расклад сил на нашем континенте. Я имею в виду национализм – то есть убеждение, что каждый этнос должен политически организоваться в государство. Национализм привёл к тому, что Австрийская Империя, в которой относительно малочисленное немецкоязычное меньшинство владело морем иноплеменных народов, начала колебаться, в то время, как моноэтническая Пруссия становилась всё сильнее. Ускорение наступило, когда «железный канцлер» Отто Бисмарк, разгромив в 1866 году Австрию в битве при Садовой, организовал из 22 немецкоязычных странёшек Северогерманский Союз, общепризнанным политическим руководителем которого стала Пруссия. Набравшая сил Пруссия провоцирует Францию на войну, которую блистательно выигрывает в 1871 году, наложив на побеждённую Францию огромную по тем временам контрибуцию в размере 5 миллиардов франков в золоте. Рождается Германская Империя с прусским королём в качестве императора. В результате Австрийская Империя становится бедной родственницей Германской Империи, которая превращается в главного актёра на сцене европейской политики.

    В то время, когда в Германской Империи бурно развивающаяся промышленность довольно быстро наткнулась на материально-сырьевой барьер, в правительственных кругах появилась концепция «экономики больших пространств». Если кратко, речь шла о том, чтобы Германия политически контролировала пространства, значительно превосходящие по величине её собственную территорию, обеспечивая, таким образом, соответствующие условия для развития своей экономики, в особенности промышленности. Во время Первой мировой войны воплощение в жизнь концепции экономики больших пространств приняло форму проекта «Mitteleuropa». Это был план политического устройства Европы после окончательной победы Германии и состоял он в организации там государств формально независимых, а de facto – немецких протекторатов, с периферийными экономиками, комплементарными по отношению к экономике немецкой. Вследствие военного поражения Германии дела пошли иначе, но 1 мая 2004 года Германия – через 90 лет после начала Первой мировой войны – цели своей добилась, присоединив к «Евросоюзу» 10 новых стран, среди них и Польшу. При случае следует напомнить, что один из вдохновителей Евросоюза, многократный комиссар Жак Делор заявил, что целью ЕС является, в частности, объявление экономической войны Соединённым Штатам. Тем самым, которые в XX веке дважды победили Германию в войне. Серьёзные государства, мне кажется, ничего не забывают, но не прощают. Поэтому главным направлением европейской политики – кроме стратегического германо-российского партнёрства – стала «европеизация Европы», то есть вытеснение из неё Соединённых Штатов как политического руководителя и арбитра. Это один из элементов удаления из Европы последствий Второй мировой войны, которую Германия сначала тоже проиграла.

    От «гегемона» к Сражающимся Империям

    Насколько в начале 90-х годов, а особенно после ликвидации Советского Союза казалось, что мир становится политически однополярным, с Соединёнными Штатами в качестве гегемона во главе, настолько в 2009 году очевидно, что тот образ мира остался лишь историческим воспоминанием. Соединённые Штаты не использовали представившиеся возможности; правда, американская армия в состоянии разорить любую страну, но уже и речи нет о том, чтобы другие державы признавали их гегемоном. Америка запуталась в войнах в Афганистане и Ираке, войнах, лишённых смысла и политической цели, вследствие чего выросла относительная сила остальных государств, которые пытаются устроить новый передел сфер влияния в мире. Сейчас мы имеем многополярный мир, входящий – говоря по-китайски - в эпоху «Сражающихся Империй»: создающейся Европейской Империи, политическим руководителем которой является Германия при определённом участии Франции; российской Империи, которая под управлением Путина остановила процесс распада и окрепла; Китайской Империи, которая после реформ Дэн Cяо Пина становится одним из главных игроков на арене мировой экономики; небольшой, но весьма амбициозной Индийской Империи; ну, и, конечно, - Американской Империи. Польша, правда, с 1 мая 2004 года является составной частью европейской империи, но – осознавая, что в условиях германо-российского стратегического партнёрства для польской внешней политики остаётся не так уж много места, а если говорить правду, то его и вовсе нет – пытается вырваться из этих тисков стратегических партнёров на свободу. Эти отчаянные попытки, в которых участвуют работающие в нашей стране агентуры, хозяйничающая в нашем государстве razwiedka, а также, конечно, государственные муженьки, имеют вид колебаний между американским и европейским вариантом.

    Америка ищет диверсантов

    Американская Империя тоже не забыла угроз Жака Делора, и не исключено, что навязанная американцами независимость Косово - это своего рода поцелуй Альманзора (в поэме Адама Мицкевича «Конрад Валленрод» заглавный герой поёт балладу «Альпухара»: Альманзор, предводитель разбитого испанцами арабского войска, сдаётся победителям, умоляет о пощаде и обещает вассальное подчинение; на пиру обнимает и целует новых друзей, а потом падает и умирает, проклиная завоевателей; оказывается, он специально заразил всех чумой, - прим. перев.) для Европейской Империи, которая по многим причинам предрасположена к балканизации, а кроме того имплантация в Европу мафиозного исламского государства может стать источником серьёзных проблем в будущем. Но прежде всего Американская Империя неприязненно смотрит на попытки «европеизации Европы» и непрестанно старается разжечь конфликт между Европейской и Российской империями. Если бы Америке это удалось, тогда Европейской Империи пришлось бы хлопотать о дружбе с Американской Империей, которая бы благодаря этому обеспечила себе не только политическое присутствие в Европе, но прежде всего – роль арбитра. В противном случае – то есть в ситуации, когда фундаментом европейской политики осталось бы стратегическое германо-российское партнёрство, не только «европеизация Европы» стала бы фактом, но, что хуже, в перспективе это создало бы угрозу доллару в качестве мировой валюты, что даёт Соединённым Штатам огромные доходы. Стоит вспомнить, что обещание перейти в расчётах за нефть с доллара на евро погубило ужасного Саддама Хусейна и сделало его врагом человечества.

    В начале первого срока президента Буша казалось, что Америка переходит к активной политике к Европе. Одной из таких предпосылок было то, что Соединённые Штаты убедили 8 европейских государств подписать своего рода декларацию лояльности по отношению к США. Все эти государства, среди которых была и Польша, управляемая в ту пору Лешеком Миллером, находились на рубежах «Festung Europa». В политике окружения «твёрдого ядра» Европы под эгидой США Польша могла бы играть какую-то роль. Именно в этом направлении звучали публичные выступления американского агента Яна Новака Езёранского, весной 2001 года призывавшего к созданию коалиции государств «с Соединёнными Штатами во главе», которая заявила бы, что нынешняя форма Евросоюза – это «неприемлемое предложение». Но 11 сентября 2001 года перевернуло всё вверх ногами, и приоритетом Америки стала «борьба с терроризмом», то есть беготня по кустам за какими-то фанатиками и растрата 200 миллионов долларов в день на разорение Афганистана и Ирака в рамках упрочения там «демократии». Но – хотя борьба с «европеизацией» отошла на задний план американской политики, она всё-таки не отменена окончательно, и это и есть «американский вариант». Соединённые Штаты ищут диверсантов, которые постоянно разжигали бы конфликты с Россией, подвергая тем самым стратегическое германо-российское партнёрство всё более тяжёлым испытания в надежде, что какая-то из этих попыток удастся. С этой целью в Грузии был приведён к власти президент Михаил Саакашвили, с этой целью на Украине была организована «оранжевая революция», и с этой целью весной 2004 года Кондолиза заявила в Вильно, что надо «навести порядок» и в Белоруссии. Как мы помним, Польша в ответ на этот призыв бросила в бой с президентом Лукашенко тамошний Союз Поляков, что привело к его разгрому и политическому уничтожению. Сейчас сторонником американского варианта является президент Лех Качиньский.

    Предложение стать американским диверсантом, может быть, не слишком почётно, но никаких других предложений нам никто не делает, так что в этой ситуации следует лишь спросить о вознаграждении, то есть – что Польша будет иметь с этого. Но принимая во внимание изменчивость, если не сказать капризность американской политики, следует так сформулировать польские постулаты, чтобы вознаграждение всегда можно было получить утром, потому что вечера может и не быть. Польская проблема состоит в том, что наш предыдущий президент, Александр Квасьневский, удовлетворялся либо наградными, которые американцы выплачивали своим агентам при посредничестве консорциума NUR, либо даже обещаниями, что его сделают генеральным секретарём ООН, ну, в крайнем случае, генеральным секретарём НАТО. Конечно, американцам того и надо, и в результате наши бравые войска, провоевав несколько лет в Ираке, принесли оттуда хрен в кулаке. Но, похоже, президент Качиньский и в самом деле верит в лозунг «за свободу вашу и нашу» и готов исполнять роль американского диверсанта совсем уж бескорыстно. До такой степени, что закрывает глаза на наглое возрождение не только на Украине, но даже и в Польше бандеровского влияния, то есть самого полонофобского направления в украинской политике.

    В довершение всего новый президент США Барак Обама, кажется, на самом деле хочет нормализации отношений с Россией, а в этой ситуации, кто знает, нужны ли будут, вообще, Америке диверсанты. Многое указывает на то, что в этом что-то есть, потому что даже немецкий министр иностранных дел открытым текстом призвал отказаться от проекта строительства на территории Польши американской ПРО. Ясно видно, как серьёзно относится Германия к стратегическому партнёрству с Россией. Это проявляется и в поддержке проектов строительства северного газопровода, который обошёл бы стороной Польшу, а также южного – который миновал бы как Польшу, так и Украину. Если эти проекты будут реализованы, Польша, может быть, будет принуждена получать газ либо с территории Белоруссии, либо с территории Германии. В этой ситуации участие в Восточном Партнёрстве, которым так наслаждается министр Радослав Сикорский, могло бы стать для Польши очень и очень затруднительным. Потому что если в случае Швеции речь идёт о создании карманной балтийской империи по примеру карманной империи, которую строит для себя Франция в виде Средиземноморской Унии, то в ситуации, когда Обама на самом деле предложил России укрепление особых отношений с НАТО и отказался от совершения диверсий против России, Восточное Партнёрство означает деятельность в характере диверсанта, но уже на немецкой службе.

    Прелесть европейского варианта

    Между тем Германия имеет на нас свои виды, потому что я не допускаю, чтобы, будучи серьёзным государством, она удовлетворилась победой только в Первой мировой войне, а во Второй – уже нет. Если мои предположения верны, то Германия какими-то мирными методами будет пытаться сначала ослабить связи Западных и Северных земель с Польшей, а в подходящий момент совершит раздел нашего государства. А на его остатках могут вернуться к идее Иудеополонии, которая может оказаться неожиданно актуальной, особенно в ситуации таких трудностей, на которые натолкнулся в своём бурном бытии Израиль. В такой ситуации мировая общественность могла бы даже не заметить присоединения Западных Земель к территории Германии, потому что весь мир был бы поглощён вступлением избранного народа на новый исторический путь. С немецкой точки зрения это было бы идеальное решение, потому что, во-первых, каждое движение недовольства или протеста с польской стороны можно было бы представить как взрыв врождённого польского антисемитизма, который, как известно, следует выжигать огнём и железом. Во-вторых, такое решение идеально соответствует ожиданиям стратегического партнёра, то есть Российской Империи. Потому что партнёрство партнёрством, но «в этом мире удивительном выживает только бдительный». Поэтому и Эдуард Шеварднадзе, ещё будучи министром иностранных дел Советского Союза, на вопрос об отношении СССР к возможному объединению Германии ответил, что СССР ничего против этого не имеет при условии, что между объединённой Германией и Советским Союзом будет создана буферная зона.

    Принимая во внимание и то, что Германия, государство серьёзное, ещё во времена глубокой ПНР «хлебом и солью» зарабатывала себе благодарность разных особ, которые потом оказывались влиятельными (например, «профессор» Владислав Бартошевский), а также широкую агентурную сеть, которая сегодня самым явным образом пользуется финансовыми немецкими институциями, и, наконец, нашу «разведку», которая отличается от разведок, управляющих серьёзными государствами, тем, что только и смотрит, как бы поскорее разграбить Польшу, а потом найти кого-нибудь, кто обеспечит ей безопасность и спокойное переваривание награбленного, трудно ни с того ни с сего брызнуть оптимизмом, потому что никаких предпосылок к этому нет. Даже среди высшего духовенства влияние тайного ордена Отцов Сексотов оказалось значительно сильнее, чем можно было предполагать, так что весьма возможно, что даже при самом худшем варианте развития событий не прозвучит даже голос морального протеста
    .
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  3. #69
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    212

    По умолчанию

    http://fakty.interia.pl/newsroom/new...lomatow,900141

    Wyroki za pobicie dzieci dyplomatów
    23 kwietnia 2007

    Приговоры за избиение детей дипломатов
    23 апреля 2007 года


    К лишению свободы на срок от года и трёх месяцев до 10 месяцев приговорил районный суд в Мокотове (Варшава) виновных в избиении четверых детей российских дипломатов в Варшаве два года назад.

    За избиение и кражу мобильного телефона Филип П. приговорён к году, а Павел Б. – к десяти месяцам лишения свободы. Обвинённый в скупке краденого Гжегож Л., у которого в момент задержания были найдены наркотики, получил год и три месяца условно на 4 года, а также штраф 600 злотых. Суд зачёл время, проведённое приговорёнными в следственном изоляторе, в срок наказания.

    Суд согласился с аргументами защиты, что обвиняемые не имели намерений разбоя. По оценке суда, нападение имело хулиганский характер и было продиктовано желанием похвастаться перед ровесниками, а не враждебностью к России.

    Отягощающими обстоятельствами суд счёл возрастной и численный перевес нападающих над несовершеннолетними детьми дипломатов, а также предыдущую судимость Павла Б. с другой стороны, суд принял во внимание, что потерпевшие приставали к знакомым приговорённых, которые и позвали на помощь друзей.

    Суд также указал, что в деле, за исключением одного свидетеля, отсутствуют показания третьих лиц, а показания потерпевших были переведены не присяжным переводчиком, а сотрудниками посольства России, в одном случае – отцом потерпевшего.

    Прокуратура требовала от трёх с половиной до двух лет лишения свободы. Приговор не вступил в силу, но защита признала его правильным и, скорее всего, апеллировать не будет.

    В июле 2005 года на варшавском Мокотове трое русских и один казах в возрасте 15-17 лет были избиты – по их показаниям – более чем десятью хулиганами. У них были украдены мобильные телефоны и деньги. Подозреваемых задержали через несколько дней после происшедшего. Павел Б. объяснил, что причиной нападения стал спор из-за девушки.

    Во время процесса опекуны потерпевших не дали согласия на их допрос в суде. Их также нет сейчас в Польше – их родители закончили свою миссию в нашей стране.

    После нападения российское Министерство Иностранных Дел заявило, что «ожидает от польской стороны официальных извинений», сочтя инцидент проявлением «антироссийских настроений». Польское Министерство Иностранных Дел в ноте, направленной тогда в посольство Российской Федерации, выразило сожаление. Через несколько дней в России неустановленные преступники неподалёку от посольства Речи Посполитой избили дипломатов и журналиста
    .
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  4. #70
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    212

    По умолчанию

    http://www.fronda.pl/news/czytaj/pro...artie_w_polsce

    Prof. Wieczorkiewicz: Rosja ma potężną partię w Polsce

    Профессор Вечоркевич: У России есть мощная партия в Польше


    - Я хотел бы знать, кто из влиятельных польских политиков или какой из влиятельных кругов берёт деньги у России, а что берут – в этом нет никакого сомнения, - говорил покойный профессор.

    Вот неопубликованное интервью с умершим несколько дней тому назад историком, профессором Павлом Вечоркевичем. Он дал это интервью в сентябре 2008 года, перед началом работы портала Fronda.pl.



    Fronda.pl: Вы сравниваете действия России в Грузии и реакцию Запада на эти события с ситуацией, когда Гитлер напал на Чехословакию. В то же время Вы говорите, что в Варшаве никто не должен спать спокойно, потому что серьёзные политические силы в Германии и в России мечтают об общей германо-российской границе. Возможно ли ещё одно «17 сентября 1939»?

    Профессор Павел Вечоркевич: Может быть, не в той же форме, потому что история не повторяется совершенно точно, но может повториться в смысле идеи ликвидации польского государства. Я думаю, что 5 лет назад никто не считал возможным нападение России на какое-либо соседнее государство. В 80-е годы никому бы и в голову не пришло, что Советский Союз может развалиться. Банальное политическое воображение часто подводит. Надо смотреть широко и принимать во внимание все наиболее неправдоподобные возможности.

    Fronda.pl: Господин профессор, так когда же на нас нападут?

    Профессор Павел Вечоркевич: К счастью, не завтра. Но думаю, что это станет возможно тогда, когда Россия управится со своей бывшей внутренней империей. Подчинит себе окончательно Белоруссию (с этим есть у неё кое-какие сложности), уничтожит независимость Украины, то есть взорвёт украинское государство и разобьёт Украину на несколько объектов, которые будет гораздо легче сделать зависимыми, может быть, даже справится с Прибалтикой, а тогда уж придёт очередь Польши. Скорее всего, это будут не русские танки на Буге, но абсолютная энергетическая, экономическая и политическая зависимость.

    Fronda.pl: Были ли возможны другие сценарии, которые не позволили бы реализовать пакт Риббентроп-Молотов?

    Профессор Павел Вечоркевич: Основным условием было иное разрешение конфликта между Польшей и Германией. Полюбовное. Если бы польская сторона приняла немецкие условия, со всей уверенностью следует сказать, что Гитлер в сто раз охотнее предпочёл бы идти с Рыдзом-Смиглы на Сталина, чем со Сталиным на Рыдза. Другими словами, Польша в качестве союзника Третьего Рейха – это была альтернатива. Были ли другие возможности? Теоретически – Советы могли не договориться с Германией, тогда Второй мировой войны не было бы, во всяком случае, не в 1939 году и не в такой форме. Может быть, немецкая агрессия пошла бы на юг, в сторону Югославии, или по направлению к Средиземному морю. Польско-французско-британский союз являл собой мощную преграду немецкой агрессии, и, не получив возможности угрожать ему сильным союзником, Германия не имела бы никаких шансов на реально начать войну. Гитлер был склонен к риску, но не был сумасшедшим!

    Fronda.pl: В октябре 1838 года на переговорах Липский-Риббентроп были сделаны предложения польско-немецкого альянса, о котором Вы говорите. Как бы это могло выглядеть в смысле реальной политики?


    Профессор Павел Вечоркевич: Существует ложный стереотип, что переговоры эти касались польской территории, и что Германия хотела для начала отобрать у нас Силезию иди Поморье. Но это неправда! Они хотели включить Гданьск в Рейх, что, в каком-то смысле, было само собой разумеющимся – Гданьск был немецким городом, в котором у Польши были экономические интересы, но не было никаких этнических аргументов, чтобы предъявлять на этот город какие-то серьёзные права. Во-вторых, экстерриториальная автострада по коридору, ведь это же была польская идея – и чтобы было смешнее, идея начала 30-х годов XX века. В-третьих, можно было войти в антикоммунистический пакт, то есть вроде бы сохранить независимость от Германии, но в сильной команде, потому что с Италией и Японией. В четвёртых, продлить на 25 лет пакт о ненападении.
    Надо сказать, что – вопреки пропаганде – Гитлер в отличие от Сталина к подписанным документам относился серьёзно. Это не было предложение: сегодня подпишем с вами пакт, а завтра его нарушим – как это делали Ленин, а потом Сталин. Это было предложение, которое должно было навсегда стабилизировать польско-немецкие отношения.
    Как бы выглядел этот союз? Немцы нуждались в прикрытии от Советов на время войны с Западом, а потом в сильном партнёре при нападении на Советский Союз. Мобилизационные возможности Польши составляли 60 дивизий. Если мы примем во внимание ход кампании уже в 1941 году, а время играло не в пользу Германии, то в 1939 -40 годах 60 польских дивизий на стороне немцев, несомненно, решили бы судьбу войны на Востоке. В 1940 году Адольф Гитлер и Эдвард Рыдз-Смиглы могли бы праздновать победу на Красной Площади в Москве!

    Fronda.pl: И пожалуйста, поляки снова в Москве…

    Профессор Павел Вечоркевич: И что интересно, со своим союзником Адольфом Гитлером. А что было бы дальше – это спекуляции в стиле научно-фантастической литературы. Следует отметить два элемента – денацификация, то есть осуждение различных извращений нацистской системы в перспективе её власти над всей Европой было по прошествии некоторого времени само собой разумеющимся. Как Хрущёв осуждал Сталина, так Аксман или кто-то из его преемников осудил бы ошибки и извращения Гитлера. А во-вторых, вопреки всеобщим убеждениям, такой сценарий означал бы, что, может быть, и холокоста не было бы! Не было бы необходимости убивать евреев, можно было бы их выселить, сослать в Сибирь или выселить в далёкую еврейскую республику на Востоке.

    Теперь зададимся фундаментальным этическим вопрос, какое сотрудничество было бы более морально - с преступником Сталиным или с преступником Гитлером? Я не вижу большой разницы. Так же, как я не полностью осуждаю политику польских коммунистов, которые считают себя реалистами, точно так же не следовало бы осуждать польские власти, которые объединились бы с Третьим Рейхом. С временной перспективы мы видим, что коммунизм был опаснее для европейского самосознания, чем нацизм. Нацизм был идеологией преходящей, а коммунизм, к сожалению, это постоянно живая идеология. В самом деле, очень трудно искоренить и добить этого гада в его логове, потому что он распространился по всему миру!

    Fronda.pl: Поляки, однако, не решились войти в альянс с Гитлером. Как Вы оцениваете, пан Профессор, политику и личность министра Юзефа Бека?

    Профессор Павел Вечоркевич: Юзеф Бек был выдающимся политиком, почти государственным мужем. Но он совершил кардинальную ошибку в той изощрённой игре, которую решил очень тонко вести с Гитлером, шантажируя его вместе с Великобританией и Францией. Он не принял во внимание советский фактор. Почему? Долгие годы я не мог ответить себе на этот вопрос. Это всё равно как если бы у кого-то, проницательно видящего своё окружение, глаза вдруг закрывались бельмом. Так вот, этим бельмом был его ближайший советник, пользующийся полным доверием в вопросах восточной политики, полковник Тадеуш Кобыляньский – советский агент. Другими словами, информация о Советском Союзе, его намерениях и возможностях, соответствовала инструкциям, которые Кобыляньский получал из Москвы. Ничего странного, что Беку казалось, что Советский Союз в 1939 году был очень слаб.

    Fronda.pl: Символом чего является 17 сентября, какой урок должны извлечь из этой даты польские политики?

    Профессор Павел Вечоркевич: Саму по себе агрессию 17 сентября не следует вырывать из исторического контекста. 17 сентября показало, что в тот момент, когда оборона Польши союзниками нереалистична, союзники готовы смириться с судьбой и отдать Польшу на растерзание. Пакты эффективны настолько, насколько они соответствуют актуальной политической ситуации. И не забывайте, что тогда у нас были столь же мощные союзники, как и сейчас.

    Fronda.pl: Вы считаете, что политики сегодня мыслят не исторически?

    Профессор Павел Вечоркевич: Со всей очевидностью. Что интересно, примером совершенно не исторического мышления может служить (говорят, историк по образованию) пан Дональд Туск. Он мыслит так, как будто вчера не было истории и завтра её не будет. Это какой-то запоздавший ученик шарлатана Фукуямы. Между тем, начиная с того, что делает Россия и что происходит вокруг нас (я уж не говорю обо всём мире), указывает, что определённые исторические повторы играют необыкновенно важную роль. Ведь Россия по причинам идеологическим и политическим, а не только экономическим, восстанавливает свою давнюю империю. Я так скажу, не принимать это во внимание – значит совершенно не разбираться в политике и вести политику вслепую. Это политика… (я не хотел бы употреблять слов, повсеместно считающихся неприличными).
    Был такой анекдот: в чешской Праге установили монументальный, огромный памятник Иосифу Сталину, а за ним в очереди стояли фигуры чешского рабочего, чешского крестьянина, чешской колхозницы и чешского интеллигента. Этот памятник снесли после 1956 года, но чехи, которым свойствен юмор висельника, говорили, что этот памятник отражает политическую ситуацию Чехии – чехи стоят в очереди, чтобы залезть Сталину не скажу куда…

    Так вот, политика некоторых польских группировок и наших политиков напоминает мне, к сожалению, этот памятник! Урок истории ясен и прост: с Россией следует разговаривать жёстко и не идти с ней ни на какие компромиссы, не следует раздуваться от гордости из-за того, то она погладит нас по голове, но надо решительно бороться за то, что мы считаем своими жизненно важными интересами. Мы имеем пример Финляндии и пример Польши. Ведь Сталин, хорошо знавший XIX век, помнил, что польские восстания встали костью в горле царизма, и отказался от мысли о 17 или 18 – зависит от того, как считать – советской республике.
    И в период ПНР был один политрук, который был способен противиться Москве, Владислав Гомулка, которому удалось добиться признания польско-немецкой границы правительством ФРГ. Это был огромный успех. Его преемники уже вели политику на коленях. Сегодня мы тоже имеем дело с этой дурной традицией ПНР или XVIII века. Называя вещи своими именами, польские магнаты были на жалованье у российского посольства. Хотел бы я знать, кто из влиятельных польских политиков или какие из влиятельных общественных кругов сегодня получают деньги от России, а что получают – в этом нет никакого сомнения. У России есть в Польше сильная партия, наилучший пример – реакция на ситуацию в Грузии, как звучали разные голоса, или в последнее время, когда поднялся крик из-за предполагаемых или реальных тюрем США в Польше. Даже если бы были, с точки зрения польских государственных интересов – «заткни пасть!». Каждый, кто сейчас об этом говорит, явным образом действует в пользу России, неважно, понимает он это или нет!

    Fronda.pl: Однажды Вы прямо сказали, что Грузия – это для России начало, это средство, а не цель сама по себе. Потом должен быть Азербайджан, затем Белоруссия, в результате это даст русским возможность отрезать Запад от каспийской нефти и газа. Понимает ли это Европа?

    Профессор Павел Вечоркевич: Проблема в том, что Европа всё более утрачивает инстинкт самосохранения. Европа соображает уже не от выборов до выборов, это ещё можно было бы перенести, но от опросов до опросов. Политика, которая ведётся в перспективе недели, двух – это никакая не политика. Если имеешь дело с последовательной политикой, расписанной на годы вперёд, то это – выбрасывание чайных ложек в окно, когда горит весь дом. Я должен сказать, что грузинская трагедия показала мне, что проведение европейской политики Евросоюзом невозможно. ЕС как политический субъект – ноль! Из этого следует, что евроскептицизм – это хорошо, экономическая интеграция – само собой, но политическая интеграция в данной ситуации почти не имеет смысла.

    Fronda.pl: Какие же региональные союзы в данный момент имеют реальные шансы?

    Профессор Павел Вечоркевич: Давайте подумаем. В истории Польши в XX веке было два великих политических мыслителя. Один более практик, другой более теоретик, я говорю о Пилсудском и Дмовском. Пилсудский придумал способ защититься от России, который оказался нереальным в ситуации межвоенного двадцатилетия, зато оказался очень важен в будущем. А добрая судьба или Провидение Божие соизволили дать нам возможность реализации этого плана.
    У Дмовского не было хорошей идеи, его гениальная в своём политическом предвидении концепция исчерпала себя в 1918-1920 годах. Искусственная, грубо сработанная польско-немецкая дружба в последнее время показывает своё настоящее лицо. Госпожа Меркель – это не мать, а мачеха Польши. Знаменитая обложка «Впрост» - это же ирония.
    (Думаю, речь идёт вот об этой обложке журнала «Wprost» за июнь 2077 г.


    (Надпись: «Мачеха Европы». Прим. перев.)

    Меркель, так же, как до этого Шрёдер, влюблена в Путина и в немецкого медведя (так в тексте – прим. перев.). Эти сантименты так просто искоренить не удастся. Кроме того, с кем же Германии делать бизнес, как не с самым большим рынком и самым большим потенциальным поставщиком энергоресурсов в мире?

    Fronda.pl: Новое Рапаллло?

    Профессор Павел Вечоркевич: Да ведь это Рапалло уже сейчас происходит, что сказал немецкий министр иностранных дел после нападения России на Грузию? Что это Грузия напала на русских. Точно так же, как Финляндия в 1939 году напала на Советский Союз. Тот же штамп мышления. Русские, конечно, кричат: «Они первые!». Есть такой старый анекдот, как волку поручили заботиться о маленьком зайчике, сиротке, найденном в лесу. Звери занялись своими делами, вечером возвращаются, а зайчика нет. Спрашивают: «Где зайчик?». «Пришлось его съесть», - печально отвечает волк. «А почему?» - спрашивают они его. «А он носом шевелил!».
    Грузины, может быть, тоже пару раз шевельнули носом и, конечно, виноваты. Повторение одних и тех же фраз нашими публицистами или политиками отвратительно. Спецслужбы, если бы захотели заняться этим вопросом, должны были бы проверить счета этих господ и узнать, кому они подчиняются, а также, думаю, их московских хозяев.
    Пилсудский придумал систему лимитрофов, то есть государств, отделившихся после распада советской империи, которые были бы связаны с Польшей. По природе вещей опасаясь России, они были бы буферной зоной уже не только для Запада, но и для Польши по отношению к России. Ситуация изменилась в том смысле, что мы имеем несчастную Калининградскую область, который, не хочу пророчить плохого, но в течение 10 или 20 лет вернётся в исконно немецкие земли, а вот тогда мы увидим, что такое - иметь у себя на шее Восточную мини-Пруссию.
    Поэтому идея президента, который выказал проницательность государственного мужа, который начал создавать ось Варшава-Баку, Варшава-Тбилиси, Варшава-Киев, не говоря уж о балтийских республиках, это единственный эффективный региональный союз. Может быть, через какое-то время удастся пригласить Венгрию, потому что на словаков и чехов я бы не рассчитывал. У венгров своих счёты с москалями. Они их почувствовали на своей шкуре в 1848 году и в 1956 году, может, не в такой степени, как мы, но, во всяком случае, этот печальный опыт у них есть. Такая группа государств, особенно с Украиной, которая является замковым камнем этой системы, даёт возможность противостоять России. Ближайший год, два – это будет борьба за Украину.

    Fronda.pl: Может быть, к группе балтийских стран удастся присоединить и скандинавов?

    Профессор Павел Вечоркевич: Шведов и норвежцев – нет, но, может быть, финнов – да. Шведы в своём благосостоянии будут заниматься беженцами, в их самопожертвование я не слишком верю.

    Fronda.pl: Профессор Анджей Новак считает, что державная политика России – это всего лишь мыльный пузырь, просто элемент игры, которую Россия ведёт с Западом, чтобы олигархи могли спокойно наживать состояния.

    Профессор Павел Вечоркевич: Вообще, наши мнения обычно совпадают. Это две стороны одной медали. Имперская политика обеспечивает благополучие и развитие олигархам, а они накручивают эту националистическую пружину. Одно проистекает из другого. Но я, пожалуй, не согласился бы с термином «олигарх». Потому что это вроде наших кульчиков, краузе и прочих. Это господа, которые располагают определёнными деньгами, а деньги предоставлены им мощными организациями типа КГБ, типа ФСБ, секретными службами или бывшим коммунистическим аппаратом. А о том, что их можно задуть, как свечку, свидетельствует пример Михаила Ходорковского, точно такого же вора, как Абрамович, такого же вора, как наши, которые составляли себе состояния, грабя государственное имущество, польское или российское.

    Беседу вёл Якуб Любельский

    Сентябрь 2008
    .
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  5. #71
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    212

    По умолчанию

    Jarosław Stróżyk
    Putin i Steinbach budzą lęk

    Ярослав Строжик
    Путин и Штейнбах пробуждают страх


    По мнению поляков, нашей безопасности угрожают, главным образом, Россия и Иран. Опасения вызывает судьба наших соотечественников в Белоруссии.





    Кто из мировых политиков пробуждает страх в поляках? Владимир Путин, Эрика Штейнбах и Махмуд Ахмадинежад вызывают у нас исключительно отрицательные ассоциации. Таковы результаты опроса «Жечьпосполитей» - премьера России боятся 56% опрошенных, руководительницы Союза Изгнанных – 38%, а президента Ирана – 26%.

    - Мы боимся тех, о ком чаще всего слышим в негативном контексте, - объясняет «Жечьпосполитей» специалист по социальной психологии, профессор Януш Чапиньский. - Насколько страх перед Путиным кажется обоснованным, приняв во внимание позицию России на международной арене, настолько опасения по отношению к Штейнбах – это преувеличение, а появление на третьем месте президента Ирана – это уже исключительно результат воздействия СМИ.

    По 11% поляков опасаются канцлера Германии Ангелы Меркель и президента Белоруссии Александра Лукашенко. Страх вызывают у нас также президент Франции Николя Саркози (7%) и президент США Барак Обама (4%).

    Опрос демонстрирует определённую зависимость: чем выше образование у участников опроса, тем больший страх возбуждают в них Путин и Штейнбах. Премьера России больше всего боятся целых 61% поляков с высшим образованием. Руководительницу Союза Изгнанных – 45% поляков со средним образованием и 42% с высшим. Среди участников опроса с начальным образованием Путина боится каждый второй, а Штейнбах – 30%.

    - Это лишь показывает, как распространены эти страхи, - считает Чапиньский. – Люди с высшим образованием больше интересуются международными делами, отсюда и разница.

    Какие государства угрожают Польше? Ответы похожи на ответы, касающиеся политиков. На первом месте – Россия , 58% участвовавших в опросе считают, что она угрожает Польше. Потом Иран (22%), Белоруссия и Германия (по 13%).

    - То, что мы воспринимаем Германию как страну, которая угрожает безопасности Польши, вызвано действиями таких групп, как Союз Изгнанных или Прусское Землячество, а не немецкого правительства, - подчёркивает Павел Залевский, независимый депутат Сейма.

    Опасения поляков не зависят от места их проживания. Россию боятся почти в одной и той же степени как сельские жители (56%), так и жители городов с населением более 500 тысяч (58%).

    В опросе мы задали и такой вопрос – в каких стран не соблюдают права польского меньшинства. Хуже всего, по мнению участников опроса, дела с этим обстоят в Белоруссии (40%), в России (25%) и Германии (16%). Мы также опасаемся за судьбу поляков на Украине (10%) и в Литве (9%).

    - Меня удивляет такая плохая оценка России и Украины. Знание поляков о ситуации, в которой находится польское меньшинство в России, - минимальное. Этот результат – следствие оценки польско-российских отношений, - говорит «Жечьпосполитей» Ян Малицкий, директор Института Восточной Европы Варшавского университета. – На результат Украины повлияли споры с Польшей из-за исторических памятников и Волыни.

    - Можно сказать, что в этом опросе Литва незаслуженно оказалась в конце списка, - считает Залевский. – Общественное мнение воспринимает Литву как нашего союзника в европейских и энергетических делах. Но Польша должна вести по отношению к ней последовательную политику, имеющую своей целью склонить Литву к соблюдению своих обязательств перед польским меньшинством, - добавляет он
    .
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




Страница 3 из 3 ПерваяПервая 123

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •