Павел Лисицкий
Путин не нуждается в друзьях
Дональд Туск потерял слух. Мастер политических игр, который на протяжении стольких лет умел загонять в угол соперников, на этот раз растерялся. Да как.
Политик, который одним смелым ходом, уволив нескольких министров и объявив войну с ПиС, сумел абсолютно изменить смысл скандала вокруг азартных игр, на этот раз сам попал в переплёт. И хотя выступление Туска в Сейме было резким, а атака на оппозицию - «вы превращаете выяснение катастрофы в погоню за премьером» - произвела впечатление, я не верю, чтобы этого оказалось достаточно.
В то время, как поляки, затаив дыхание, со сжатыми в бессилии кулаками, следили за тем, как МАК оглашает нечто, что оказалось пародией на правду, премьер отсутствовал. Неизвестно только, прогуливался ли он по Доломитам или же мчался по склону на лыжах. Накануне представления рапорта пресс-секретарь правительства утверждал, что премьер не прервёт свой отпуск в Италии. А когда он уже переменил намерения, то возвращение в Польшу заняло у него больше времени, чем путешествие вокруг света. Несколько недель тому назад премьер заявил, что российский вариант рапорта неприемлем. Когда же, несмотря на это, русские настояли на своём и рапорт МАК без польских замечаний опубликовали, документ, который был «неприемлем», оказался всего лишь документом «неполным». Невозможно было избавиться от мысли, что в столкновении с суровыми русскими Туск поджал хвост.
Почему? Во-первых, премьер мог попросту недооценить серьёзность проблемы. Многие политики ГП сначала, казалось, преуменьшали значение смоленской катастрофы. Поэтому им могло казаться, что Смоленск потерял политическое значение, а избиратели уже устали от дискуссий на тему, кто, когда и в чём провинился. Впрочем, эти расчеты казались вполне верными. Одного всё-таки Туск не предусмотрел, что русские свалят всю вину на польских лётчиков, отопрутся от всякой ответственности да вдобавок ещё унизят покойного генерала Анджея Бласика, который вдруг сделался главным виновником трагедии. Ничего удивительного, что такая мощная доза пренебрежения и презрения к лётчикам должна была пробудить в поляках чувство собственного достоинства.
Может быть, премьер на самом деле поверил русским, что новая открытость, взаимное сближение, общее стремление к улучшению отношений, новая дружба – не то, что оно есть на самом деле – милые лозунги и штампы – но описывают истинное положение вещей. Это был бы достаточно своеобразный пример политика, который принял собственный пиар за настоящую политику и проявил незаурядную наивность. Поэтому русский удар был так силён и так неожидан.
То, что не удавалось в течение нескольких месяцев ПиСу – поколебать доверие к Туску и веру в него – одним рапортом сделал МАК. Старая пословица говорит: «Спаси меня, Боже, от друзей, а с врагами я сам управлюсь». Особенно от таких друзей, мог бы сегодня добавить Дональд Туск, как Владимир Путин. Добавить слишком поздно. Русские вместо дружбы предпочитают власть, а уж в особенности её демонстрацию.
Rzeczpospolita
Paweł Lisicki
Putin nie potrzebuje przyjaciół
Ответить с цитированием