http://wyborcza.pl/1,75248,6617274,C..._nie_chce.html

Marcin Wojciechowski
Czeczena Polska już nie chce

Мартин Войцеховский
Чеченец Польше уже не нужен

- Чеченцам, бегущим в Польшу от российских репрессий, всё труднее получить статус беженца, - бьёт тревогу Общество Юридического Ходатайства.
- Ничего не изменилось, - говорит Управление по делам иностранцев.



Руслан Мержоев не хочет, чтобы его фотографировали. На снимке его жена Аза с дочерью Кхав.

Руслан Мержоев вместе с женой и двумя детьми бежал из Чечни в 2004 году, когда ещё шла война (несколько недель тому назад Россия объявила об окончании операции в Чечне).
- Если бы мы не уехали, Руслана уже не было бы на этом свете, - говорит его жена Аза.

Последние решения Управления по делам иностранцев грозят ему депортацией в Россию.

2004 год в Чечне был страшным. 9 мая в покушении на стадионе в Грозном погиб пророссийский президент Ахмад Кадыров – бывший муфтий, перешедший на сторону русских. После его гибели разгорелся ещё больший террор. Спецслужбы, армия, а прежде всего отряды, подчиняющиеся сыну умершего, Рамзану, искали исполнителей покушения. Месть была слепой. Репрессии часто обрушивались на людей, которые не имели ничего общего с покушением, ни даже с движением сопротивления, но были в ссоре с кланом Кадыровых, пользовавшимся покровительством Москвы.

Руслан, инженер, воевал в партизанском отряде во время первой (1994-96) и второй чеченской войны (началась в 1999 году). Когда по приезде в Польшу от него потребовали доказательств этого, он не спешил открывать своё прошлое. В частности, именно поэтому через четыре года, проведённых в лагере беженцев в Дембаке под Варшавой, он получил первый отказ в статусе беженца.

Лишь тогда он показал видеокассету со съёмками партизанского отряда, где он служил в 1995 году. На этой видеозаписи Руслан одет в форму, у него снайперская винтовка, видно также его товарищей, чистящих оружие в расположении отряда.

Управление по делам иностранцев снова отказало. Оно сочло, что эти съёмки не являются доказательством участия в движении сопротивления, потому что на плёнке «нет эпизодов борьбы», и что съёмка имеет «скорее бытовой характер» (цитаты из резолюции Управления). Из обоснования также следует, что чиновникам не понравилось, что видеозапись сделана 14 лет назад, спустя столько времени Руслану не должно что-либо грозить в Чечне.

- Это неправда. Даже участники первой войны подвергаются репрессиям, а Руслан воевал и во второй, только не мог этого убедительно доказать, - говорит Оля Хжановская из Общества Юридического Ходатайства (оно объединяет молодых юристов, которые помогают беженцам в Польше).

Руслану не везёт с Управлением по делам иностранцев. Плёнка с партизанскими съёмками терялась, а начальник Управления Рафал Рогала был не в состоянии ответить на вопрос телеканала Polsat, принимали ли её во внимание, когда впервые отказали в предоставлении убежища.

Чеченец продолжает подавать апелляции на решение Управления по делам иностранцев.
- Как раз Руслан – это человек, который очень даже заслуживает статуса беженца или, по крайней мере, дополнительную защиту (статус ниже, чем статус беженца, но дающий право пребывания в Польше). Он прекрасно интегрировался в польское общество, живет за пределами центра для беженцев, зарабатывает, оплачивает квартиру и содержание семьи (ремонтирует велосипеды, к сожалению, нелегально), - говорит его адвокат Давид Цегелка.

Друзья написали открытое письмо в его защиту. Письмо подписали, в частности, труппа Театра Восьмого Дня, режиссёры Мачей Дрыгас и Мариуш Малец, журналистка Кристина Курчаб-Редлих.
- Вся надежда на то, что высшая инстанция, то есть Совет по делам беженцев, положительно рассмотрит апелляцию Руслана, изменив решение Управления, - говорит Оля Хжановская. – Но если этого не произойдёт, то, теоретически, последней кассационной инстанцией останется министр внутренних дел. Однако, он редко вмешивается в решения, касающиеся беженцев.

Проблема не только в отдельном случае Руслана. Активисты Общества Юридического Ходатайства заметили, что на протяжении нескольких последних месяцев явно всё меньше чеченцев получает статус беженца в Польше. Реже получают они и так называемую дополнительную защиту. Всё чаще чеченцев принудительно высылают в Россию.
- Пограничные службы иногда действуют жёстко. Случается, что людей высылают из Польши немедленно, как только решение вступает в силу, - говорит Давид Цегелка.

Доходит до абсурда, потому что чиновники действуют произвольно.
- Обосновывая решение, можно сослаться на рапорты разных международных организаций о ситуации в Чечне. Одни пишут, что беженцам после возвращения грозит опасность, другие – что нет. У нас был случай, что одна семья, таким образом, получила два противоположных решения. Жена могла остаться в Польше, а муж должен был уехать. Сейчас они подали апелляцию, - говорит Оля Хжановская.

Сотрудники Управления по делам иностранцев утверждают, что действуют по закону, но делопроизводство ведётся в тайне. Неофициально чиновники говорят нам, что правила допускают определённую субъективность при принятии решений.

Эва Пехота, пресс-секретарь Управления, утверждает, что нет никаких изменения в политике по отношению к чеченцам, просто меньше людей ходатайствует о статусе.
- Ситуация в Чечне становится спокойнее, поэтому к нам приезжает меньше беженцев из этой страны, - говорит Пехота.

Согласно данным, в рекордном 2007 году убежища в Польше просили 10 тысяч чеченцев, с начала этого года – 1,2 тысячи. Около 4% получают статус беженца, чуть менее 50% - дополнительную защиту. Половину высылают.
- Если беженец не хочет быть высланным в Россию, по его желанию мы можем выслать его в Белоруссию или на Украину, - говорит Пехота
.