Показано с 1 по 14 из 14

Тема: Пеньковский

  1. #1
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию Пеньковский

    Олег Владимирович Пеньковский




    Олег Владимирович Пеньковский (23 апреля 1919, Владикавказ — 16 мая 1963) — полковник Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба Министерства обороны СССР. В 1963 обвинён в шпионаже (в пользу США и Великобритании) и в измене Родине, расстрелян по приговору Военной коллегии Верховного суда СССР.

    Биография
    • 1937 — закончил среднюю школу в г. Орджоникидзе
    • 1937—1939 — обучение во 2-м Киевском артиллерийском училище
    • 1939—1940 — политрук батареи (участник польской и финской войны)
    • 1940—1941 — заместитель начальника политотдела по комсомольской работе Московского артиллерийского училища
    • 1941—1942 — старший инструктор по комсомольской работе политуправления Московского военного округа
    • 1942—1943 — офицер по особым поручениям Военного совета Московского военного округа
    • 1943—1944 — начальник учебного отряда и позднее командир артиллерийского батальона 27-го артиллерийского полка 1-го Украинского фронта
    • 1944—1945 — адъютант командующего артиллерией 1-го Украинского фронта (Многолетние служебные и личные отношения, в том числе в послевоенные годы, между Пеньковским и членом ЦК КПСС главным маршалом артиллерии С. С. Варенцовым привели к тому, что после суда над Пеньковским Варенцов был понижен в звании до генерал-майора и лишён наград, хотя в ходе суда и следствия никакие обвинения ему не предъявлялись.)
    • 1945 — командир 51-го гвардейского артиллерийского полка 1-го Украинского фронта
    • 1945—1948 — обучение в Военной академии им. Фрунзе
    • 1948 — старший офицер мобилизационного управления Московского военного округа
    • 1948—1949 — офицер Штаба главнокомандующего сухопутных войск Министерства обороны
    • 1949—1953 — обучение в Военно-дипломатической Академии Министерства Обороны
    • 1953—1955 — старший офицер 4-го управления ГРУ
    • 1955—1956 — заместитель военного атташе при посольстве СССР в Турции, исполнял обязанности резидента ГРУ в этой стране.
    • 1956—1958 — старший офицер 5-го управления ГРУ
    • 1958—1959 — обучение на высших инженерных курсах Военной академии им. Дзержинского
    • 1959—1960 — старший офицер 4-го управления ГРУ
    • 1960 — старший офицер специального отдела 3-го управления ГРУ
    • 1960—1962 — работа «под прикрытием» в качестве заместителя начальника Управления внешних сношений Государственного комитета по координации научно-исследовательских работ при Совете Министров СССР

    Оценка событий
    Информация о Пеньковском, его работе в ГРУ и сотрудничестве со спецслужбами США и Великобритании до сего дня классифицируется как секретная, поэтому большая часть оценок строится на косвенных фактах, официальной информации, распространённой в своё время СССР, Великобританией и США, и на опубликованных в США в 1965 году автобиографических заметках самого О. В. Пеньковского (авторство часто оспаривается).
    • По официальной версии, распространённой средствами массовой информации СССР после проведения открытого судебного процесса в Москве, сотрудничество с западными спецслужбами Пеньковский начал в 1958 году. Значительных секретов на Запад не передал, и его деятельность не привела к серьёзным последствиям. По утверждениям в ходе судебного процесса, Пеньковский был весьма недалёким человеком, корыстным и с ограниченными интересами, это и послужило причиной его измены; в ходе суда признал свою вину, активно сотрудничал со следствием. В ходе судебного процесса его принадлежность к ГРУ не раскрывалась. По официальной версии, Пеньковский был арестован 22 октября 1962 года благодаря контрразведывательной активности сотрудников КГБ. 11 мая 1963 года Военной коллегией Верховного суда СССР О. В. Пеньковский был признан виновным в измене Родине и приговорён к расстрелу. Его связник Гревил Винн (Greville Wynne) был признан виновным в шпионаже и приговорён к восьми годам лишения свободы. Уже 16 мая 1963 года Пеньковский был расстрелян. В 1964 году Гревил Винн был обменян на советского разведчика Конона Моло́дого
    • По версии западных аналитиков — Пеньковский был высокоэрудированным человеком и грамотным офицером разведки. Сотрудничество со спецслужбами США и Великобритании начал в 1961 году. К сотрудничеству его подтолкнуло идеологическое неприятие реалий СССР и доктрин социализма. Объёмы и важность переданных им материалов не имели аналогов за всю предыдущую историю разведывательной деятельности Запада против СССР. В качестве одной из основных возможных причин провала О. В. Пеньковского западными аналитиками принято называть информацию, переданную разведывательным службам СССР сотрудником Центра национальной безопасности США Джеком Данлепом (Jack Dunlap).
    • По независимой версии — Пеньковский стал частью игры руководства Министерства обороны СССР и растущей антихрущёвской оппозиции в ЦК КПСС по дискредитации Н. С. Хрущёва в глазах западного сообщества. Чтобы избегнуть общего провала, Пеньковский был представлен единственным участником событий в глазах общественного мнения.
    • По одной из версий, причиной разоблачения Пеньковского могла стать информация одного из сотрудников австрийских спецслужб, бывшего в годы Второй мировой войны в плену в партизанских отрядах Белоруссии.
    Награды
    • 2 ордена Красного Знамени,
    • орден Александра Невского,
    • орден Отечественной войны 1-й степени,
    • орден Красной Звезды,
    • 8 медалей
    По приговору суда лишён воинского звания и всех государственных наград.
    Википедия
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  2. #2
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    Шпион, который стал мифом "холодной войны"

    Сергей Чертопруд

    Осень 1962 года. "Карибский кризис" достиг своего кульминационного момента. Третья мировая война может начаться в любую минуту. Все участники драмы - от главнокомандующих (руководители Советского Союза и США) до рядовых солдат (сотрудников спецслужб и военные) стараются всеми силами не допустить трагического финала.

    Спустя много лет они подробно расскажут о тех событиях и сыгранных ими ролях. Историки и журналисты скрупулезно изучат их мемуары и секретные документы того времени. Будут написаны десятки монографий, посвященных анализу "Карибского кризиса" и роли отдельных личностей.

    Среди персонажей будут и свои мифические герои. Почетное место на этом пантеоне "спасителей мира" займет скромный полковник трех разведок - советской, английской и американской Олег Владимирович Пеньковский (Янг, Герой, Алекс, Йог). На Западе о нем будут сняты кинофильмы, написаны десятки книг, рейтинг его популярности превысит имена других высокопоставленных перебежчиков из ГРУ.

    В Советском Союзе ему присвоят "почетное" звание суперпредатель. Офицеры контрразведки, участвующие в его разработки и разоблачение, будут награждены боевыми орденами. А сам полковник станет примером нравственного падения простого советского человека.

    Правда он разительно не похож на свой книжно - киношный образ, созданный в годы "холодной войны". Да и роль, сыгранная им в операции по "спасению мира" совсем иная, чем это принято считать.
    Он был пешкой в большой шахматной партии, которую разыграли люди, стоящие за спинами Хрущева и Кеннеди. Он стал простой марионеткой в руках "серых кардиналов" из Кремля и Белого дома. И даже после того, как его расстреляли, он не смог освободиться от цепких рук кукловодов.

    Карьера шпиона.

    Живой Олег Пеньковский - это мстительный карьерист, готовый на все ради продвижения вверх по карьерной лестнице. Даже предателем он стал потому, что не видел других путей перемещения вверх. В Советском Союзе он достиг последней ступени и ему нужно было решать, что делать дальше. Он выбрал предательство. В отличие от большинства других перебежчиков, не пытался подводить идейную базу под причины, заставившие его стать агентом двух западных разведок. Просто он решил сменить место службы на более перспективное. Звучит цинично, но это факт.

    До 1952 года его карьера складывалась прекрасно. В 1939 году, после окончания Киевского артиллерийского училища, он становиться кандидатом в члены партии. И тогда начнется его стремительный карьерный рост в качестве политрука. Он благополучно пережил Финскую компанию - его артиллерийский полк стоял за линией фронта. В Великую Отечественную Войну на передовой он пробыл не больше полугода, служил в штабе Московского Военного округа, командовал учебными частями и был личным адъютантом у будущего главного маршала артиллерии С. С. Варенцова. Этот человек станет его "ангелом хранителем" на протяжении последующих двух десятков лет.

    В 1945 году Пеньковский женился на семнадцатилетней дочери другого своего начальника генерала Гапановича. В том же году он поступил в Военную академию имени Фрунзе. А с 1949 году началась его карьера "профессионального" разведчика. Он начал учиться в Военно-дипломатической Академии - кузнеце кадров советской военной разведки.

    После окончания ВДА, в 1952 году, его распределили в Четвертое (восточное) управление в Египетский отдел. В середине 1955 года он начал готовиться к первой зарубежной командировки в Турцию в качестве военного атташе и сотрудника ГРУ.

    Образ офицера-фронтовика и рыцаря "плаща и кинжала" потускнел. Заурядная карьера штабного служаки, имеющего множество высокопоставленных покровителей. Эти люди старательно и продвигали его вверх по служебной лестнице. В 1963 году почти все они расплатятся своими карьерами за стремление "помочь родному человеку".

    С 1955 года в биографии Пеньковского начинают появляться эпизоды, которые трудно объяснить с позиций обычной логики. Даже спустя сорок лет. Формально, и это признано следствием, его шпионская карьера могла закончиться в 1955 году в Турции. Так и не успев начаться. Уже тогда о странном поведении полковника могли информировать не только коллеги по резидентуре, но и многочисленные советские агенты, работавшие в различных странах НАТО. Чем же он прославился? В Анкаре он продавал на местном рынке ювелирные украшения и фотоаппаратуру. Ему были нужны деньги на сувениры многочисленным "нужным людям" в Москве. Разумеется, времени на оперативную работу не оставалось. Да и не умел он вербовать агентов. А даже если бы захотел, то у него возникли бы большие трудности. Языковые. В "консерватории" он учил английский язык. Правда, эти знания ему пригодились, но совсем для других целей.

    Например, он бегал по дипломатическим приемам, где загнав в угол очередного сотрудника ЦРУ или СИС (английская разведка), предлагал им задыхающимся шепотом сведения о советских планах на Ближнем Востоке. В ЦРУ внимательно изучили потенциального перебежчика и решили, что это очередная "подстава" русских. Все посольства стран НАТО в Турции получили приказ отказаться от услуг настырного полковника.
    Другим увлечением советского военного атташе в Турции было регулярное информирование местной контрразведки о тайной деятельности своих коллег. Таким способом он хотел сместить своего начальника и занять пост резидента. Ему "повезло" - один из офицеров турецкой контрразведки владел английским языком и смог понять, что хотел сказать анонимный информатор. В результате один из сотрудников ГРУ был выслан из Турции, а карьера резидента была разрушена.

    В 1956 году Пеньковского отозвали из командировки. Над ним начали сгущаться тучи. Его поведение в Анкаре вызвало массу вопросов у контрразведки. Существует две версии, объясняющие, почему полковника только выгнали из ГРУ, а не отправили проходить дальнейшую службу в Сибирь или в Казахстан. В течение года он продолжал находиться в Москве в распоряжении Управления кадров Министерства обороны.

    По одной из них, официально признанной в Советском Союзе и на Западе, дальнейшие расследование блокировали многочисленные высокопоставленные "нужные люди" и "ангелы хранители". По другой, неофициальной, уже тогда в Кремле было принято решение об использование потенциального предателя в качестве "тайного канала" для передачи на Запад информации или дезинформации. Какие посты занимали эти люди? Знал ли сам Пеньковский об уготованной ему роли? Когда могла начаться эта операция? Ответы на эти и другие вопросы - тема для книги, а не статьи.

    В 1957 году его назначили начальником курса в Военную академию имени Дзержинского. В 1958-1959 годах вместе с 2500 старшими офицерами-артиллеристами он прошел обучение на высших инженерных курсах. Их обучали обслуживать ракетные установки, которые находились на вооружение советской армии в тот период. На эти курсы его устроил "ангел хранитель" С. С. Варенцов.

    В 1959 он вновь возвращается в ГРУ. По утверждению многих источников руководитель советской военной разведки генерал армии И. А. Серов (1958 - 1962) был одним из друзей Пеньковского. Во время одной из поездок в Лондон жены и дочери руководителя "Аквариума" полковник сопровождал их в качестве гида. Выступив организатором и экскурсоводом во время их шоп - тура по Англии.

    В здание около метро "Октябрьское поле" он проработал недолго. Через несколько месяцев его перевели в Государственный Комитет при Совете Министров СССР по координации научно - исследовательских работ. Здесь он занял скромную должность заместителя начальника иностранного отдела Управления внешних сношений. При этом он продолжал числиться "офицером резерва ГРУ". Его непосредственный начальник и большинство сотрудников были офицерами КГБ, использующими это учреждение в качестве "крыши". Еще ряд сотрудников были связанны с "комитетом", исполняя обязанности "добровольных помощников". Были и офицеры военной разведки, но их было значительно меньше.

    Одна из основных задач ГК КНИР - организация международных контактов в научно - технической и экономической сферах. Говоря другими словами, это учреждение организовывало визиты многочисленных советских делегаций на Запад, и наоборот, иностранных ученых, инженеров и бизнесменов в Советский Союз. Одной из целей этих обменов специалистами было проведение мероприятий научно - технической разведки.
    Отметим сразу, что в силу своего служебного положения, даже при большом желании, Пеньковский не мог бы участвовать в таких мероприятиях. Хотя официальная версия утверждает обратное. Что и на новом месте Пеньковский должен был добывать информацию о последних достижениях в области западных ракетных вооружений. Оставалась неясно, как полковник сможет установить доверительные отношения с офицерами - ракетчиками вооруженных сил стран НАТО или сотрудниками крупных американских и английских компаний, которые выполняли заказы военных ведомств своих стран. Ведь за "железный занавес" он выезжал на непродолжительное время - не больше двух недель и то, крайне редко. У него просто не было возможности установить доверительные отношения с этими "секретоносителями". О том, как на самом деле проводились мероприятия такого рода, прекрасно рассказал в своей книге Анатолий Максимов "Операция "Турнир". Записки чернорабочего разведка".

    По одной версии, пост чиновника ГК КНИР был "блатным". Человек мог периодически выезжать за рубеж, свободно общаться с иностранцами в Москве, имел стабильную работу, высокую зарплату и т. п. Это то, что сумел сделать для своего приятеля И. Серов. По другой, неофициальной, Пеньковский попал под жесткий прессинг и контроль КГБ. Его непосредственным начальником и большинство коллег были "люди с Лубянки". Они и манипулировали "супершпионом".
    Продолжение
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  3. #3
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    Что сообщил Пеньковский?

    Ничего нового или ценного. "Хотя в ходе операции каждый клочок информации жадно подхватывался западными разведслужбами и тщательно изучался, в ретроспективе они не могут привести ни одного примера полученной от Пеньковского информации, имевший серьезное военное значение". Это мнение Филиппа Найтли, автора книги "Шпионы XX века". Это действительно так. Начнем с информации о работе советской внешней разведки. Маловероятно, что Пеньковский мог сообщить что-то новое или сенсационное о работе "Аквариума".

    В начале шестидесятых годов у ЦРУ было двое действующих агентов в ГРУ, еще один сотрудник советской военной разведки был арестован в 1958 году. И майор КГБ, который дополнил их рассказ. Имена этих людей известны. Подполковник Петр Попов (1953 - 1958), генерал Дмитрий Поляков (1961 - 1980) и Николай Чернов - оперативный техник резедентуры ГРУ в Нью-Йорке и Анатолий Голицын - майор КГБ, который ушел за "железный занавес" в декабре 1961 года.

    К 1962 году советской контрразведкой был разоблачен только Попов. Понятно, что был заочно приговорен к расстрелу Анатолий Голицын. Объявить Пеньковского "ходячей энциклопедией" по ГРУ было выгодно всем. ЦРУ таким образом, отвело подозрения советской контрразведки от действующих агентов. А КГБ смогло объяснить причину утечки секретной информации из "Аквариума".

    Информация, связанная с ракетной тематикой. Западные технические эксперты с грустью констатировали, что знания Алекса в этой области были на уровне простого артиллериста, окончившего учебное заведение и сдавшего экзамен. Чуть ценнее были копии журналов "Военная мысль", "Артиллерийский сборник", "Военный вестник" и т. п. Но и здесь Запад ждал очень неприятный сюрприз, о котором они узнали только в конце шестидесятых.

    В 1957 году советская военная разведка начала реализацию операции "Великая ракетная деза". Ее цель - продемонстрировать руководству США отставание в ракетной сфере. Западу настойчиво внушалось - через действия сотрудников ГРУ, публикации в специализированных "закрытых" изданиях, технические мероприятия и через Пеньковского, что советские МБР имеют существенный недостаток. Неточную систему прицеливания. Поэтому их нельзя использовать в качестве средства поражения пусковых шахт американских ракет. Обман раскрылся случайно только в 1968 году. А до этого времени американские пусковые установки были беззащитны. Тогда какую информацию реально мог передать "Янг"?

    Во-первых результаты неформальных бесед, часто за бутылкой коньяка, со своими многочисленными знакомыми. Например, с членом ЦК КПСС Виктором Чураевым - правой рукой и близким помощник Никиты Хрущева. Двумя помощниками С. С. Варенцова. Генерал - майором А. Позовным и полковником В. Бузиновым. Более со 170 офицерами ракетных войск и артиллерии. А еще с И. Серовым - руководителем "Аквариума". Правда и эти материалы не получили высокой оценки аналитиков ЦРУ.

    Во вторых, материалы из спецбиблиотеки Главного Ракетно Артиллерийского Управления ГШ. Правда не ясно, кто позволил ему, на протяжении нескольких лет, пользоваться этим спецхранилещем. Было два объяснения этому.

    Либо большинство документов было доступно большинству других сотрудников ГУАР и они были не столь секретными, как это пытаются представить западные авторы. Ведь Пеньковский пытался писать научные статьи. И тогда причина допуска к этим материалам легко объяснима. И значит они не имели высокого грифа секретности. По официальной версии, он не только мог работать с ними в отдельном помещение, но и выносить их во время обеденного перерыва домой.

    Либо ему просто позволили брать их почитать. И значит, кто-то был заинтересован в том, что бы "Янг" документально подтвердил достоверность сообщенных им сведений. Вспомним об операции "Великая ракетная деза".

    Кто разоблачил Пеньковского?

    Согласно официальной версии иностранного шпиона первыми обнаружили сотрудники Седьмого Управления КГБ. Во время планового наружного наблюдения за женой сотрудника английского дипломата был зафиксирован ее контакт с неизвестным мужчиной. Это произошло в конце 1961 года. Примерно через десять месяцев его арестовали. Эта версия достаточно подробно описана в многочисленных изданиях. И ее можно считать достоверной.

    Если бы не один маленький нюанс. Пеньковский был обречен с самого начала. Еще до того, как он начал передавать на Запад секретную информацию. Есть три варианта объяснения того, почему Алекса разоблачили только в начале 1962 года.

    Первое, это его высокое положение в обществе и сбои в работе органов контрразведки. Собственно на этом строится официальная версия. Второе, кому то был нужен именно такой человек, которого можно было использовать в качестве тайного "канала" для оперативной связи с правительством США. Просто в Кремле была группа высокопоставленных чиновников и военных, которые боялись, что очередная авантюра Никиты Хрущева может закончиться третьей мировой войной.

    Третье, это оперативная игра, которую затеяла контрразведка КГБ и (или) сами военные. Вспомним операцию "Великая ракетная деза". "Коллега" "Янга" подполковник Попов в течение полугода "работал" под контролем КГБ. Когда в "комитете" сочли, что он полностью выполнил возложенную на него задачу, то его официально арестовали, а через несколько месяцев расстреляли по приговору суда.

    А теперь о причинах, которые могли ускорить разоблачения Алекса. Восемь человек, а это уже раскрытые советские агенты, могли сообщить о появление "Янга". Даже не назвав его имени, они могли значительно сузить круг подозреваемых лиц. Неосторожное поведение самого Пеньковского. Суммы, израсходованные им на сувениры своим московским друзьям, превышали его официальный доход. Одна из причин провала многих агентов. Его тесное общение с Гревилом Винном, которого советская контрразведка считала английским агентом. Об этом им скорее всего, сообщил Джордж Блейк, чей непосредственный начальник завербовал этого бизнесмена. Поэтому сотрудники Седьмого Управления КГБ очень тесно "общались" с иностранным гостем. Даже водитель автомашины, на которой ездил Винн по Москве был сотрудником "наружки".

    Многочисленные контакты с армейскими офицерами и повышенный интерес к информации, связанной с их служебной деятельностью. Любой из них мог сообщить "особисту" о странном интересе друга.
    Еще одна причина "провала" - сами американцы и англичане. Первая связная Пеньковского в Москве Дженет Чизхолм была "установленным" сотрудником английской разведки. В 1956 году ей вместе с супругом пришлось срочно уехать из Германии. Слишком грубо они работали. Да и Джорж Блейк, который в то время тоже был в Германии, сообщил, куда следует об этой шпионской парочке.

    Нужно учитывать еще и фактор непрофессионализма многих участников операции. Например, Дженет Чизхолм до последнего дня была уверена, что КГБ следит только за ее мужем. На самом деле, даже по официальной версии, в течение двух недель "наружное наблюдение" велось за нее круглосуточно. Это еще до того, как был зафиксирован ее контакт с "Янгом". Ее регулярные посещения антикварного магазина и кулинарии каждую неделю в одно и тоже время, а потом помещения подъезда жилого дома, могли насторожить "наружное наблюдение". Тем более что в магазине она каждый раз находилась не более трех минут. И таких эпизодов было множество.

    Итоги.

    Олега Пеньковского расстреляли в 1963 году. История про то, как его живым сожгли в печи крематория - еще один миф. Гревил Винн был приговорен к восьми годам лишения свободы. Через год его обменяли на советского разведчика Гордона Лонсдейла. Двенадцать сотрудников СИС и ЦРУ, работавших в Москве под "дипломатическим прикрытием" были высланы из Советского Союза.

    Иван Серов был понижен в звание и уже больше не руководил "Аквариумом". С. С. Варенцов тоже был понижен в звание и его карьере закончилась. Большинство офицеров - приятелей Пеньковского были переведены служить из столицы в отдаленные гарнизоны. В не зависимости оттого, что именно сообщил "Янг" ЦРУ и СИС, он навечно войдет во всемирную историю тайной войны. Был ли он пешкой в игре советских спецслужб или ему просто везло. Точный ответ на этот вопрос продолжает храниться в секретных архивах ГРУ и ФСБ. Одно ясно, образ гениального "супершпона" - красивый "шпионско - героический" эпос. Рассказ о том, что на самом деле происходило в "шпионской" Москве в начале шестидесятых годов еще ждет своего часа. И он будет более увлекательным, чем легенда о "супершпионе".

    Английский писатель Джон Ле Карре однажды сказал: "Информация, которую добывал Пеньковский и доставлял Винн, несомненно, привела к величайшему моральному поражению каждой стороны, участвовавшей в "холодной войне", - решению Хрущева вывести свои ракеты с Кубы". И это единственный факт, который не вызывает сомнений.
    http://www.agentura.ru/dossier/russi...ors/penkovsky/
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  4. #4
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    КАК ОБ ЭТОМ РАССКАЗЫВАЛА МОСКВА В ДАЛЁКОМ 63-м...

    C.И.Цыбов, Н.Ф.Чистяков

    "ФРОНТ ТАЙНОЙ ВОЙНЫ"
    Москва, 1968, издание второе, дополненное


    В этот пасмурный ноябрьский вечер в одном из окон здания, что стоит на площади Дзержинского в Москве, дольше обычного был виден свет. Хозяин кабинета, освещённого в столь поздний час, - следователь Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР подполковник Александр Васильевич Гвоздилин. Сидя за столом, он сосредоточенно перелистывает лежащие перед ним бумаги и время от времени делает пометки в настольном блокноте.

    Много, очень много работал в те дни Александр Васильевич. Да это и понятно, если учесть, что на его долю выпало распутывание клубка преступлений, совершенных изменником Родины, шпионом английской и американской разведок Пеньковским.


    Потом Александр Васильевич откидывается на спинку стула, закрывает усталые глаза, и перед ним, словно в калейдоскопе, проносится многое из того, что он узнал и увидел в последнее время. И дело, которое он расследует, представилось ему ещё одним зловещим напоминанием о гнусной тайной войне, ведущейся империалистами против Советского государства на протяжении всей истории его существования.


    Пеньковский был арестован 22 октября 1962 года. В прошлом он служил в армии; находился на фронте; его последнее воинское звание - полковник. После увольнения в отставку в течение ряда лет до ареста являлся сотрудником Государственного комитета по координации научно-исследовательских работ; в эти годы по роду своей службы официально встречался с иностранцами, приезжавшими в Москву, сам несколько раз выезжал в заграничные командировки.


    Когда его задержали и привели в кабинет следователя, вёл себя высокомерно. Едва переступив порог, с возмущением заявил:


    - Я честный человек. Меня арестовали по ошибке.

    Но это не была ошибка. Сотрудники Комитета государственной безопасности давно напали на след матёрого врага и достаточно хорошо изучили его поведение, знали о его преступной деятельности. Да и захвачен Пеньковский с поличным. При обыске в квартире были изъяты шифровальные блокноты, два фотоаппарата "минокс", фальшивый паспорт, фотоплёнки с заснятыми на них секретными материалами, средства тайнописи, инструкции по приёму радиопередач и пользованию шифр-блокнотами. Кроме того, было обнаружено ещё не отправленное сообщение в разведцентр. "...Я не имел возможности, - говорилось, в частности, в нём, - передать на приёмах подготовленные материалы, так как не смог уединиться... Несмотря на это, перед моей командировкой за границу в ноябре прошу Вас организовать приём, на котором я смог бы передать все подготовленные материалы, поскольку не хочу иметь их при себе во время полёта..."


    И хотя улики были налицо, в начале следствия Пеньковский всячески изворачивался, давал путаные показания, не признавал своей вины. Только под давлением неопровержимых доказательств, предъявленных следователем, он наконец признал, что является шпионом и готов дать правдивые показания о совершённых преступлениях. Однако вопреки заверениям ещё долго продолжал юлить, о конкретных фактах предательства и шпионажа говорил сбивчиво, ссылаясь на плохую память. Но тонкий ум и терпение Александра Васильевича, его неотразимая логика, искусство ведения следствия сделали своё дело: на одном из допросов Пеньковский сказал:


    - Я много думал, преодолел страх, который был у меня, боязнь ответственности за совершенное мною преступление и решил полностью рассказать обо всём. Я ещё не всё рассказал о начале моей связи с иностранной разведкой, о встречах с английскими и американскими разведчиками, о всех сведениях, которые я выдал противнику, начиная с первой поездки в Англию. Я прошу дать мне возможность, учитывая мои переживания, собраться с мыслями, после чего я подробно и детально обо всём расскажу.


    Такая возможность Пеньковскому была предоставлена, и он начал давать правдивые показания как лично о своих грязных шпионских делах, так и о действиях своего связника английского коммерсанта Гревилла Винна...


    Знакомство следователя с Винном произошло примерно также, как и с Пеньковским. Этот делец 2 ноября был задержан в Будапеште, где он находился по делам своей фирмы, венгерскими властями на основании обращения Генерального прокурора СССР и в соответствии с Договором между СССР и Венгерской Народной Республикой "Об оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам" и передан советским органам КГБ. На первом допросе в ответ на предложение следователя рассказать о своей шпионской деятельности против Советского государства Винн заявил:


    - Я не понимаю, что вы подразумеваете под шпионской деятельностью? Что касается меня, то я к шпионажу не имею никакого отношения. Я являюсь коммерсантом, и никакие дела, кроме коммерческих, меня не интересуют.


    В конце концов он дал показания о своих поездках в Советский Союз и знакомстве с Пеньковским, но при этом категорически утверждал, что приезжал в нашу страну только по коммерческим делам и все встречи носили исклюсительно деловой характер. Правда, отвечая на вопросы, Винн сильно волновался и часто путался. Такое поведение он объяснил впоследствии тем, что опасался применения к нему мер физического воздействия. В этом сказались результаты лживой буржуазной пропаганды, которая старается внушить людям, будто в советских органах госбезопасности арестованных подвергают идеологической и физической обработке.


    Так было на первых допросах. Позднее, припёртый неопровержимыми доказательствами (отнюдь не мерами физического воздействия), Винн заговорил... В течение десяти дней после ареста, как этого требует наш закон, ему было предъявлено обвинение в совершении особо опасного государственного преступления против СССР, предусмотренного статьёй 65 УК РСФСР (шпионаж), и он признал себя виновным.


    Так следователю стало известно многое о преступной деятельности Пеньковского и Винна, но ему теперь не давала покоя мысль о том, каковы же причины, которые привели этих людей к столь тяжкому преступлению? На последующих допросах требовалось выяснить, почему Пеньковский встал на путь предательства. Ведь он родился и вырос в нашей стране, учился в нашей школе, много лет состоял в комсомоле и партии, имел полную возможность прожить свою жизнь честно, как живут все советские люди. Когда и на чём он свихнулся?


    А вот ещё вопросы, на которые надо найти ответы во что бы то ни стало: как могло случиться, что люди, среди которых многие годы находился Пеньковский, не заметили своевременно появления у него дурных наклонностей? Почему не дали принципиальной оценки фактам, свидетельствовавшим о его моральном разложении? Почему не одёрнули его, наконец? Почему не закрыли перед ним доступ к сведениям, составляющим государственную и военную тайну?


    Вопросы, вопросы... Обдумывя их, Александр Васильевич давно уже меряет крупными шагами кабинет. Он ещё и ещё раз перебирает в памяти всё, что связано с этим необычным и трудным делом. За свою долгую следовательскую практику подполковник Гвоздилин привык глубоко анализировать выявленные на допросах факты, всесторонне осмысливать причины, обусловливающие поведение людей. Именно поэтому он сопоставляет свои размышления с материалами следствия, которые уже скопились в многочисленных папках, намечает пути исследования ещё неясных вопросов дела. Иногда следователь склоняется над столом и делает в блокноте всё новые и новые записи. Речь в них идёт о деталях, которые надо выяснить либо у самого преступника, либо у людей, близко знавших его.

    Так рождается план продолжения следствия... Забегая вперёд, скажем, что в последующих главах мы поведаем о результатах, которые получит наконец следователь.


    Потом Александр Васильевич начинает думать о личности второго преступника. В отношении его, пожалуй, дело обстоит проще.


    Винн - представитель так называемых деловых кругов буржуазного общества, привык ничем не брезгать. И когда английская разведка предложила ему заняться шпионской деятельностью, последовало немедленное согласие. Пользуясь личиной коммерсанта, он установил и продолжительное время поддерживал преступную связь с Пеньковским. В ходе следствия Винн всячески юлил и изворачивался, но ему ничего не помогло: он был полностью изобличен как агент английской разведки.


    Думая о Винне, следователь понимает, что это один из участников тайной войны, которую ведут против нашего государства злобные враги коммунизма...
    http://macbion.narod.ru/spies/1963.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  5. #5
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    ПОДРОБНЕЕ ИЗ "Энциклопедии шпионажа"

    Пеньковский, Олег, полковник (1919—1963)

    Офицер ГРУ (советская военная разведка), который, являясь агентом ЦРУ, передавал секретную информацию Соединенным Штатам и Великобритании с апреля 1961 по август 1962 года. Данные, сообщенные им во время "Карибского кризиса", помогли американскому президенту Кеннеди в должной степени оценить советские намерения.

    ...Олег Пеньковский - сын царского офицера, сражавшегося против большевиков во время гражданской войны в России (1917-1920), Пеньковский окончил артиллерийское училище и в 1939 году стал командиром Красной Армии. Принимал участие в советско-финской войне (непродолжительное время - в январе 1940 года). Во время нападения Германии на Советский Союз в июне 1941 года работал в Москве в политорганах Красной Армии. Именно тогда Пеньковский впервые соприкоснулся с разведывательной работой. Добровольцем ушел на фронт и служил в 1944-1945 годах в противотанковых частях. Сразу же после войны женился на дочери генерала. В 1948 году Пеньковский окончил двухлетний курс обучения в Военной академии им. Фрунзе, где овладел английским языком, и был направлен в Военно-дипломатическую академию для прохождения подготовки в области стратегической разведки.

    В 1955 году Пеньковского отправили в Турцию на должность помощника военного атташе. Обидевшись на несправедливое, по его мнению, отношение к себе со стороны своего начальника, Пеньковский тайно донес на него турецкой разведке. Но это были еще “цветочки” в сравнении с тем, что ему предстояло в будущем сделать для Запада. В 1958-1959 годах - учеба в Военной академии им. Дзержинского в Москве (курс подготовки офицеров-ракетчиков). Пеньковский рассчитывал вернуться в боевую часть, но был оставлен в ГРУ. Его планировали направить военным атташе в Индию, но “неподходящее” происхождение (антибольшевистское прошлое отца) напомнило о себе. и назначение получил другой (тут следует отметить, что тайный переход Пеньковского на сторону Запада во многом был обусловлен его обидой на несправедливое к себе отношение).

    Попытки Пеньковского установить связь с западными спецслужбами - это вообще отдельная история. Однажды вечером в августе 1960 года он передал в Москве двум американским туристам письмо и попросил их доставить его в посольство США.

    “В моем распоряжении имеются очень важные материалы по многим вопросам, которые представят для ваших правительств исключительный интерес, - говорилось в письме. - Я хочу немедленно передать вам эти материалы...”

    Пеньковский не подписался под письмом, но оставил в тексте достаточно “наводок”, которые должны были навести аналитиков из ЦРУ на мысль о том, что письмо прислал именно он, Пеньковский, состоявший в дружеских отношениях с одним американским офицером, с которым познакомился еще в Турции, где оба находились на военно-дипломатической работе.

    ЦРУ безуспешно пыталось наладить контакт с Пеньковским, ошибочно поручив это задание одному неопытному и пугливому сотруднику, работавшему под дипломатическим прикрытием в посольстве США в Москве. Тогда Пеньковский стал обращаться к британским и канадским бизнесменам, находившимся по делам в Советском Союзе. По долгу службы как офицер ГРУ Пеньковский как раз имел возможность общаться с западными предпринимателями по линии Госкомитета по координации научно-технических исследований. Как среди иностранных бизнесменов, так и среди русских были разведчики, пытавшиеся эти контакты между Востоком и Западом, которые тогда были еще довольно редки, использовать в разведцелях Пеньковский, к тому времени полковник ГРУ, работал под прикрытием этого Госкомитета.

    Через некоторое время британской “Сикрет Интеллидженс Сервис” (МИ-6) стало известно, что Пеньковский обращался со своей просьбой к одному англичанину, имевшему связи в МИ-6. Сотрудники ЦРУ и МИ-6 долго ломали голову над тем, не является ли Пеньковский советской “подставой”. Ситуация усугублялась тем, что члены советской “Кембриджской пятёрки” к тому времени весьма глубоко внедрились в британские спецслужбы и, в частности, Гарольд (Ким) Филби, находившийся на подозрении у некоторых американских и британских контрразведчиков, мог выдать Пеньковского, если бы узнал о нем. В связи с этим американцы не очень доверяли англичанам, но в то же время не хотели задействовать для работы с Пеньковским свое посольство в Москве (госдепартамент США не одобрял использование своих дипломатических структур для проведения операций по линии разведки). В конце концов начальник управления тайных операций ЦРУ Ричард Хелмс принял решение, что ЦРУ и МИ-6 следует “вести” Пеньковского сообща. Тем временем Пеньковский передал британскому бизнесмену Гревилу М.Винну пакет, который тот доставил в посольство Великобритании в Москве.

    Спустя несколько дней Пеньковский прибыл в Лондон в качестве руководителя делегации Госкомитета. Западные спецслужбы вместе с ним разработали сложную схему работы. Винна, часто совершавшего поездки между Лондоном и Москвой, решили задействовать в качестве агента-связника между Пеньковским и МИ-6, и курьера между Лондоном и Москвой. В ходе первого разговора с представителями ЦРУ и МИ-6 Пеньковский высказал предположение о том, что Никита Хрущев может в скором времени разместить советские ракеты на Кубе, которая только что отразила попытку вторжения извне, организованную американцами. Сведения, которые Пеньковский предоставил по некоторым видам советских вооружений и другим военным вопросам (им было присвоено кодовое наименование “Эвкалипт”), поразили американцев и англичан.

    Кураторы Пеньковского из ЦРУ и МИ-6 решили немного подыграть его самолюбию и сфотографировали его в форме офицера американской и британской армии с полковничьими знаками различия. ЦРУ присвоило ему кличку “Герой”, а МИ-6 - “Йога”. Пеньковский составил длинный список тех вещей, которые он хотел бы получить в подарок для себя, своей жены, детей и влиятельных друзей. Там было все, начиная от шариковых ручек, ремешков для наручных часов, 60-летнего коньяка и заканчивая дамскими золотыми часиками. “Как ваш солдат, я считаю, что в это тревожное время мое место на передовой, - отмечал Пеньковский в письме к директору центральной разведки США Аллену У.Даллесу. - Я останусь здесь, чтобы быть вашими глазами и ушами...”

    Поначалу западные спецслужбы получали от Пеньковского информацию в ходе долгих и изнурительных бесед с ним во время его командировок в составе советских официальных делегаций в Лондон и Париж. В Москве же обмены информацией происходили в парках и подъездах жилых домов. Пеньковского свели с Джанет Анн Чизгольм, женой Родрика Чизгольма, сотрудника МИ-6, работавшего под “крышей” британского посольства. Мать трех детей, Джанет до замужества работала в МИ-6 секретаршей. Ее прикрытием в Москве были дети, с которыми она совершала прогулки по паркам, где и осуществлялась связь через тайники. В американском посольстве в Москве действовал один сотрудник ЦРУ, который также привлекался к работе с Пеньковским.

    “Кураторы” русского снабдили его фотокамерой, кассетами с пленками и инструкциями, а он возвращал проявленные пленки и документы, которые удавалось скопировать от руки. Пеньковский поставлял так много материалов, что в ЦРУ по ним работала специальная команда из 20 переводчиков и аналитиков. В МИ-6 с перефотографированными Пеньковским документами работали 10 человек. Некоторые материалы, касавшиеся планов и намерений советского военно-политического руководства, ЦРУ напрямую направляло президенту Кеннеди.

    ...Летом 1961 года Пеньковский прислал сообщение о том, что советский лидер Никита Хрущев собирается заключить сепаратный мирный договор с Восточной Германией. Тем самым был спровоцирован очередной Берлинский кризис. Пеньковский оказался прав, хотя Хрущев и не осуществил эту угрозу. Пеньковский также прислал фотокопии документов с описанием советских ракет. Из их анализа стало ясно, что похвальба Хрущева насчет ракетного преимущества СССР перед Западом во многом является сильным преувеличением. Оказалось, что никакого американского “ракетного отставания” не существует. И напротив, у США намного больше ракет, чем у русских. Осенью 1961 года на основе информации и фотографий, предоставленных Пеньковским (а также на основе данных космических спутников-разведчиков), Совет Национальных Оценок ЦРУ в своем отчете представил более реальные цифры по советскому ракетно-ядерному оружию.

    Осенью 1962 года, когда разразился Карибский кризис, американские самолеты-шпионы U-2 сфотографировали на Кубе стартовые ракетные позиции. Специалисты по дешифрованию аэрофотоснимков сравнили эти фотографии с материалами по советским ракетам средней дальности СС-4 (SS-4), предоставленными Пеньковским, и в результате в руки к президенту Кеннеди попали “неопровержимые доказательства” присутствия ракет на Кубе, которые он и привел в своем обращении к нации 22 октября. США и СССР оказались на грани ядерной войны.

    Руководство ЦРУ было настолько уверено в том, что Пеньковский имеет доступ к информации высшей степени секретности, что даже передало ему специальные инструкции о подаче условного сигнала на тот случай, если советское правительство “вознамерится начать войну”. Пеньковский устроил тайник для важных сообщений в подъезде одного московского дома. 2 ноября 1961 года сотрудник ЦРУ в американском посольстве получил условный телефонный сигнал, означавший, что в тайник заложена срочная информация. Однако при попытке забрать ее оттуда этот сотрудник был схвачен четырьмя чекистами и официально арестован. Удостоверившись, что он обладает статусом дипломатической неприкосновенности, КГБ вынужден был отпустить его, и он покинул СССР. В тот же день в Будапеште был арестован Винн. Его доставили на самолете в Москву и посадили в камеру на Лубянке. Пеньковского арестовали еще раньше - 22 октября, - о чем западные спецслужбы не знали.

    На показательном судебном процессе, состоявшемся в мае 1963 года, Пеньковский был полностью разоблачен как шпион, а Винн как связник западных спецслужб. Пеньковского приговорили к расстрелу, а Винна к трем годам тюремного содержания и пяти годам в исправительных лагерях. 17 мая было объявлено о том, что в отношении Пеньковского приговор приведен в исполнение, а в апреле 1964 года Винн был обменен на Гордона Лонсдейла (советского разведчика Конона Молодыя).
    ..После гибели Пеньковского ЦРУ решило предать кое-какие его материалы огласке. Это была своего рода операция “тайной пропаганды”, цель которой заключалась в том, чтобы изобличить агрессивные советские намерения, но скрыть факт того, что информация исходит из Центрального разведывательного управления. Консультантом ЦРУ в этом вопросе стал Пётр Дерябин, бывший сотрудник службы контрразведки КГБ, бежавший на Запад в 1954 году.

    Дерябин, который одно время работал под началом тестя Пеньковского, редактировал распечатанные тексты бесед Пеньковского с представителями западных спецслужб в Лондоне и Париже. Затем заверенные в ЦРУ материалы были переданы бывшему автору журнала “Лайф” и редактору “Ньюсуика” Фрэнку Гибни, который в соавторстве с Дерябиным написал ранее книгу “Невидимый фронт” (“The Secret World”, 1959), a летом 1964 года готовил речи для президента Джонсона.

    Получив заверения от представителя Совета Национально Безопасности в том, что книга послужит на благо “национальных интересов”, издательство “Даблдей” выпустило в свет “Бумаги Пеньковского” (“The Penkovsky Papers”, 1965). Книга стала бестселлером не только в США, но и в Великобритании, Франции, Германии, Швеции, Корее и Японии. Дерябина указали как переводчика, а об участии в этом проекте ЦРУ не было сказано ни слова. Лишь в предисловии к изданию 1982 года Гибни открыл истину.
    В книге затронут обширный круг самых различных вопросов, касающихся противостояния Восток-Запад. Есть там и строки Пеньковского (“подредактированные” в ЦРУ), посвященные так называемому “ракетному отставанию”:

    “Хрущев часто хвастается советскими ракетами и всячески пропагандирует их. Зачастую новая модель еще только находится в стадии испытаний (которые, кстати, могут завершиться неудачей), а он уже тут как тут и кричит на весь мир о новом "достижении" советского военного ракетостроения! Общее стремление Хрущева и Политбюро ЦК заключается в том, чтобы любыми способами неустанно демонстрировать всем советское превосходство в ядерной области: запуском новых спутников, произведением очередных ядерных взрывов и так далее”.

    В общей сложности Пеньковский наговорил информации объемом около 140 часов. Распечатка бесед составила порядка 1200 страниц текста. Он передал западным спецслужбам 111 кассет с отснятыми пленками. В отчете ЦРУ говорится, что это была “самая продуктивная и классическая тайная операция из всех, что когда-либо предпринимались ЦРУ или МИ-6 против СССР”. Но высказывались и другие, менее восторженные мнения. Так, шеф управления контрразведки ЦРУ Джеймс Дж.Энгелтон называл Пеньковского “ненормальным анархистом, который по какой-то одной ему известной причине делал все, чтобы втянуть нас в войну с Россией”. Примечательно, что во время первой встречи с группой сотрудников ЦРУ и МИ-6 Пеньковский предложил разместить в определенных местах в Москве тактические атомные заряды, которые он мог бы привести в действие в случае начала войны, чтобы разом ликвидировать видных советских руководителей. Кое-кем также высказывались сомнения в том, что Пеньковскому можно было верить. Но эти слухи рассеялись после того, как стала известна реакция советского руководства на его предательство. Так, начальник ГРУ Иван Серов был разжалован в генерал-майоры и уволен (по некоторым данным, он покончил с собой). Из ГРУ и КГБ выгнали в общей сложности около 300 сотрудников. Репрессивные меры коснулись даже командиров некоторых артиллерийских и ракетных частей.

    Писатель Джон Ле Карре, относившийся к разведке с изрядной долей цинизма, дал Пеньковскому такую оценку:
    “Информация, которую он добывал, а Винн передавал, несомненно, привела к самому страшному моральному унижению и поражению времен “холодной войны”: решению Хрущева убрать уже размещенные ракеты с Кубы”.

    Представители западных спецслужб так ни разу публично и не объявили о том, кто и как предал Пеньковского. В то время в Великобритании действовало, по крайней мере, двое советских шпионов: это Джон Вассал и Фрэнк Боссард. И хотя нет доказательств того, что они знали о Пеньковском, до их ушей вполне могли дойти слухи о нем, наконец, они могли сообщить о серии подозрительных совместных встреч представителей ЦРУ и МИ-6 в Лондоне.

    В книге “Шпион, который спас мир” (“The Spy Who Saved the World”, 1992) Дерябин и Джерольд Д.Шектер указывают, что наводку на Пеньковского мог дать Москве еще раньше другой советский шпион - Джордж Блейк. Дело в том, что Блейк работал вместе с Чарльзом Р.Чизгольмом в Берлине и мог поставить в известность русских о том, что тот является сотрудником МИ-6. Дерябин и Шектер утверждают, что КГБ взял под наблюдение Чизгольма и его жену сразу же после их приезда в СССР. В книге приводятся слова одного советского контрразведчика, пожелавшего остаться неизвестным:
    “Дважды в конце 1961 и 1962 годов мы заметили, как миссис Чизгольм во время прогулок заглянула в подъезды жилых домов. А затем там появлялся нервный человек, который явно пытался установить, нет ли за ним слежки... Этим человеком был Пеньковский”.

    Контрразведчик также продемонстрировал авторам книги видеозапись встреч между Чизгольм и Пеньковским. В КГБ заподозрили Пеньковского за несколько месяцев до ареста, но почему-то еще какое-то время позволяли ему работать на Запад...
    http://macbion.narod.ru/spies/spies_encyklopedia.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  6. #6
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ К.ЭНДРЮ И О.ГОРДИЕВСКОГО




    В 1990 году в Великобритании произошло заметное событие: одно из издательств, специализирующихся на шпионской тематике, выпустило в свет очень толстую книгу под названием " КГБ: РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЕ ОПЕРАЦИИ ОТ ЛЕНИНА ДО ГОРБАЧЁВА " , которая мгновенно стала бестселлером не в одной только Англии. Авторы этой книги - английский исследователь Кристофер Эндрю и советский шпион-перебежчик, полковник КГБ Олег Гордиевский, считающийся самым значительным информатором западных спецслужб со времён Пеньковского. Наивно было бы полагать, что в этой книге имеются какие-то откровения, неизвестные никому ранее - всё, что надиктовал Гордиевский англичанину, для западного мира, по крайней мере, секретом не являлось.

    К тому же по многим пунктам этой рукописной истории КГБ можно поспорить и даже опровергнуть некоторые особо сенсационные факты. Тем не менее сведения о Пеньковском, промелькнувшие в книге на нескольких страницах, мы сочли нужным поместить в свою ЭНЦИКЛОПЕДИЮ, потому что как бы там ни было, а эти сведения исходят от лица, которому по служебному положению правда должна быть открыта прежде всего. И насколько эта правда правдива - в данном случае о том может знать только сам Гордиевский, которому (в компании с Эндрю, конечно)мы и предоставляем эту страницу.


    ...В середине пятидесятых годов Запад также значительно усовершенствовал работу агентурной разведки в Советском Союзе, хотя успехи в этой области были не такие впечатляющие, как в разведке воздушно-космической. Весной 1961 года СИС завербовала самого крупного западного агента времен холодной войны - полковника Олега Владимировича Пеньковского, офицера ГРУ, работавшего в Государственном комитете по науке и технике.

    Среди друзей Пеньковского был начальник ГРУ генерал Иван Александрович Серов и начальник Главного управления ракетных войск и артиллерии (ГРАУ) Главный маршал артиллерии Сергей Сергеевич Варенцов. Сведения, добытые Пеньковским (почти 5500 кадров, отснятых за полтора года микрофотокамерой "Минокс"), представляли огромную ценность. Среди них были последние данные о советских межконтинентальных баллистических ракетах (их оказалось на несколько тысяч меньше, чем предполагали США), степенях боевой готовности, очередности проверок и пуска советских стратегических ракет, статистические данные о точности попадания ракет и выявленных в ходе огневых испытаний дефектах. Сведения Пеньковского о том, что в СССР возросла роль ракет и программ космических вооружений, заставили НАТО всерьез пересмотреть свою стратегию. В самые напряженные моменты над обработкой данных Пеньковского, который работал одновременно на СИС и ЦРУ, трудились двадцать американских и десять английских аналитиков. Эффективный сбор разведданных был необходим Западу для того, чтобы мирным путем урегулировать Карибский кризис еще до того, как на Кубе будут размещены ракеты.



    ...14 октября 1962 года самолет "У-2", совершивший облет кубинской территории, сделал первые снимки строящихся стартовых позиций для баллистических ракет. Аналитикам ЦРУ удалось определить характер сооружений благодаря секретным документам, в которых содержались подробные сведения об этапах строительства стартовых позиций. Эти окументы Пеньковский тайно переснял в Главном ракетно-артиллерийском управлении, куда ему удалось проникнуть благодаря дружбе с Главным маршалом артиллерии Варенцовым. 16 октября фотографии легли на стол президента США.

    Кеннеди отреагировал на это известие, создав засекреченный комитет по управлению кризисом, известный как Иском (Исполнительный комитет Совета национальной безопасности), который в течение последующих тринадцати дней поминутно следил за развитием событий. К 19 октября облеты "У-2" предоставили Искому доказательства существования девяти строящихся пусковых площадок для баллистических ракет. 22 октября Кеннеди объявил об установлении американской блокады для обеспечения "строгого карантина на поставки всех видов наступательных вооружений на Кубу". Почти на целую неделю над миром нависла угроза ядерной катастрофы.


    Резидентура КГБ в Вашингтоне одинаково активно содействовала как возникновению, так и урегулированию Карибского кризиса. Кроме сбора информации, резидентуре было поручено выполнение и двух других задач: обеспечить неофициальный канал связи с Белым домом и распространять дезинформацию о размещении советских ракет на Кубе. Главным исполнителем и той, и другой задачи был Георгий Никитович Большаков - сотрудник КГБ, действовавший в Вашингтоне под видом журналиста. По словам Большакова, в течение года с небольшим до начала кризиса он выполнял роль "горячей линии" и "секретного канала связи между Джоном Кеннеди и Хрущевым". После того, как один американский журналист представил его в мае 1961 года брату и ближайшему советнику президента Роберту Кеннеди, Большаков стал периодически - где-то раз в две недели - встречаться с ним. Роберт Кеннеди, на которого неизгладимое впечатление произвела "порядочность" Большакова, похоже, даже не догадывался, что тот был сотрудником КГБ. По словам Кеннеди, "он был представителем Хрущева...

    Каждый раз, когда у него (или у Хрущева) было что сказать президенту или когда президент хотел что-нибудь передать Хрущеву, мы обращались к Георгию Большакову... Я встречался с ним по самым разным поводам. "Большакову удалось убедить Роберта Кеннеди, что он сможет без излишних протокольных формальностей
    напрямую узнать, что думает Хрущев и "высказываться прямо и откровенно, без обиняков и пропагандистских шаблонов". По словам Большакова, "обе стороны максимально использовали" обеспеченный им секретный канал связи: "Должен сказать, что диалог Хрущев-Кеннеди с каждым новым сообщением становился все более откровенным и прямым. "

    Однако накануне Карибского кризиса основная функция организованной КГБ "горячей линии" заключалась в том, чтобы помочь скрывать присутствие советских ракет среднего радиуса действия на Кубе до тех пор, пока их размещение не станет свершившимся фактом. 6 октября 1962 года Большаков встретился с Робертом Кеннеди, чтобы передать очередное послание от Хрущева. Обычно Кеннеди выходил к Большакову без пиджака, с расстегнутой верхней пуговицей на рубашке и с ослабленным галстуком, но на этот раз атмосфера была иной: "В отличие от наших прошлых встреч хозяин дома был одет в темный официальный костюм, а его непослушные волосы были тщательно причесаны с аккуратным пробором. Лицо его ничего не выражало... Роберт держался сухо и сдержанно.

    Все подчеркивало официальный характер нашей встречи". Затем Большаков изложил содержание послания: "Премьер Хрущев обеспокоен ситуацией, которую США создают вокруг Кубы. Мы повторяем: Советский Союз поставляет на
    Кубу только оборонительное вооружение, предназначенное для защиты интересов кубинской революции..." Роберт Кеннеди попросил Большакова повторить послание помедленнее, записал его и передал секретарю, чтобы тот его отпечатал на машинке. "Хорошо, - сказал он. - Я передам послание премьера Хрущева президенту, и в случае надобности он сообщит ответ через меня. " На следующий день Большакова пригласил на обед журналист Чарльз Бартлетт - близкий друг президента. Бартлетт сообщил ему, что Джон Кеннеди хотел получить послание Хрущева "подробно и в письменном виде, а не со слов своегобрата".

    Большаков повторил слово в слово то же, что сказал Роберту Кеннеди. Бартлетт все записал и передал послание президенту. Через девять дней Джону Кеннеди показали сделанные с "У-2
    " снимки строящихся советских стартовых площадок на Кубе. Советник президента Теодор Соренсен позже вспоминал: "Президент Кеннеди привык полагаться на канал Большакова, через которого он получал личные послания Хрущева, поэтому он чувствовал себя обманутым. И он действительно был обманут".

    ...24 октября Бартлетт пригласил Большакова в Национальный пресс-клуб в Вашингтоне и показал ему двадцать снимков ракетных площадок, которые были сделаны с самолета "У-2". В правом верхнем углу фотографий сохранился гриф "только для сведения президента". "Ну что скажешь на это, Георгий? - спросил Бартлетт. - Могу поспорить, ты наверняка в курсе, что у вас есть ракеты на Кубе". По словам Большакова, он тогда ответил: "Никогда не видел таких фотографий. Понятия не имею, чтона них изображено. Может, бейсбольные площадки?" На следующий день фотографии были опубликованы в печати. Опять позвонил Бартлетт и, по рассказу Большакова, начал разговор так:

    - Ну что, Георгий, есть у вас ракеты на Кубе или нет?
    - Нет, - ответил Большаков.
    - О'кэй. Бобби просил меня передать тебе, что они у вас там есть. Так Хрущев сказал - президент только что получил телеграмму из Москвы.
    Для Большакова эта новость была "как гром среди ясного неба".

    После дискредитации Большакова Москва подобрала новую кандидатуру для организации "секретного канала связи" с Белым домом. Преемником Большакова стал резидент КГБ в Вашингтоне Александр Семенович Феклисов, который прекрасно зарекомендовал себя в Центре, успешно выполняя задания по линии ПР в Лондоне в конце сороковых годов. Феклисов работал резидентом в Вашингтоне с 1960 по 1964 год под псевдонимом Фомин. В 14 часов 30 минут 26 октября он позвонил корреспонденту Американской радиовещательной корпорации в госдепартаменте Джону Скали (впоследствии представитель США в ООН), который, как знал Феклисов, был вхож в Белый дом.

    Судя по голосу, Феклисов был взволнован. Он попросил Скали встретиться с ним через десять минут в ресторане "Оксиденталь" на Пенсильвания Авеню. В "Оксидентале" он сказал, что хотел бы передать важное сообщение. Согласятся ли США публично обещать, что не предпримут агрессии против Кубы, если Советский Союз выведет оттуда ракеты? "Не могли бы вы выяснить это по своим каналам в госдепартаменте?" - спросил он. Феклисов и Скали вновь встретились в 19 часов 35 минут в кафетерии отеля "Стадтлер Хилтон". Скали сообщил, что он связался с госсекретарем Дином Раском, и того предложение Феклисова заинтересовало.

    К тому времени уже было получено пространное и полное эмоций послание от Хрущева, в котором содержалось примерно такое же предложение. Никакой официальной сделки так и не было заключено, но предложение, впервые прозвучавшее из уст Феклисова в ресторане "Оксиденталь", было положено в основу урегулирования кризиса. 28 октября Хрущев объявил, что стартовые площадки на Кубе будут демонтированы. В свою очередь, США обязались не вторгаться на Кубу и вывести из Турции ракеты "Юпитер", срок службы которых уже истекал. Но, несмотря на эти уступки, авантюра Хрущева с треском провалилась.


    ...Главную проблему для Хрущева после урегулирования Карибского кризиса представляли отношения с разгневанным Фиделем Кастро, который был возмущен тем, что Москва урегулировала кризис, даже не посоветовавшись с ним. Успокоить Кастро поручили бывшему резиденту КГБ в Гаване, а ныне советскому послу на Кубе Александру Шитову, которому удалось сохранить дружеское расположение кубинского лидера. Позднее Шитов хвастался в Московском центре, что во время Карибского кризиса он стал личным советником Фиделя. Для Кастро советское посольство было вторым домом, иногда они с Шитовым даже вместе готовили на посольской кухне.

    В самый разгар кризиса был арестован Олег Пеньковский, сведения которого играли ключевую роль как при возникновении, так и при урегулировании Карибского кризиса. На след Пеньковского Второе главное управление (контрразведка) напало совершенно случайно, во время слежки за британским посольством в 1962 году.

    До 1959 года в КГБ считалось, что, не рискуя напрямую контактировать со своими агентами на территории СССР, западные разведслужбы встречаются с ними лишь за рубежом, а в Советском Союзе ограничиваются связью через "почтовые ящики". Однако в октябре 1959 года был арестован офицер ГРУ подполковник Петр Попов, который шесть лет назад был завербован ЦРУ в Вене и передавал информацию своему оператору в Москве. Делал он это "в одно касание", когда два человека как бы случайно сталкиваются в толпе. После дела Попова начальник Второго главного управления генерал Олег Михайлович Грибанов решил в 1960 году периодически организовывать наблюдение за посольствами США и Великобритании. Эти колоссальные по размаху операции проводились два раза в год на протяжение двух недель, причем наблюдение устанавливалось за членами семей дипломатов, за проживающими в Москве корреспондентами и бизнесменами, а также за сотрудниками посольств.

    Слежка велась в основном силами оперативных групп из Седьмого (наружное наблюдение) управления, которые действовали по указанию Второго главного управления. В начале 1962 года одна из таких групп взяла под наблюдение жену московского оператора Пеньковского из СИС Дженит Чизолм, когда та выходила из посольства, чтобы получить очередную партию микропленок от Пеньковского. В районе Арбата наблюдатель из Седьмого управления заметил контакт "в одно касание" между Чизолм и неизвестным русским. Двое из наблюдателей "проводили" госпожу Чизолм до самого посольства, но, поскольку им было приказано не обнаруживать себя, они ее не остановили и не потребовали, чтобы она передала им полученный пакет. Двое других сотрудников пошли за Пеньковским, но через двадцать минут потеряли его из виду.

    С этого момента Второе главное управление уже знало, что у СИС есть агент в Москве, и заподозрило, что речь, возможно, идет о крупной сети английских шпионов, но пока никаких сведений, указывающих на Пеньковского, у него не было.


    Однако вскоре после этого чрезмерная самоуверенность Пеньковского поставила его на грань провала. Все офицеры ГРУ и КГБ, посещавшие западные посольства, должны были заранее согласовывать свои посещения со Вторым главным управлением. Как-то раз, отправляясь на прием в английское посольство, Пеньковский пренебрег этой простой формальностью. Когда Второе главное управление возмутилось, генерал Серов - начальник ГРУ и один из собутыльников Пеньковского - написал от своего имени примирительное письмо с просьбой замять это недоразумение. Сделав вид, что удовлетворен извинениями Серова, генерал Грибанов лично распорядился, чтобы за Пеньковским установили наблюдение дома и на службе.

    С помощью камеры с дистанционным управлением, установленной в цветочном ящике на окне соседей Пеньковского, удалось заснять, как он тщательно настраивает радиоприемник на определенную волну, слушает передачу и делает какие-то пометки.


    ...В июле 1962 года, когда в Москву приехал английский бизнесмен Гревилл Уинн, которого СИС использовала в качестве курьера, Пеньковский опять нарушил правила конспирации, встретившись с Уинном в его номере в гостинице "Украина". Этого было достаточно, чтобы у Второго главного управления возникли вполне определенные подозрения. Еще более подозрительным было то, что, войдя в номер Уинна, Пеньковский включил радио и открыл краны в ванной, чтобы заглушить разговор. Техническим экспертам Грибанова все же удалось расшифровать обрывки разговора, и это явилось первым свидетельством того, что Пеньковский занимается шпионажем. После этого Второе главное управление отправило семью, жившую этажом выше квартиры Пеньковского, в отпуск на Черное море, просверлило небольшое отверстие в потолке и установило миниатюрную камеру размером с булавочную головку, с помощью которой удалось увидеть, как Пеньковский пользуется фотоаппаратом "Минске", кодами и одноразовыми шифрблокнотами.

    Чтобы провести доскональный обыск в квартире, Второе главное управление разработало план, который бы позволил выманить его на несколько дней из дома. Токсикологи КГБ обработали стул Пеньковского ядовитым составом, после чего Пеньковский ненадолго, но очень серьезно заболел. Врачи из ГРУ, должным образом проинструктированные, объявили ему, что на несколько дней придется лечь в госпиталь. За эти несколько дней сотрудникам ВГУ удалось обнаружить в квартире Пеньковского обычные шпионские принадлежности. Однако сразу его брать не стали в надежде, что, оставшись на свободе, он выведет чекистов на крупную шпионскую группу.

    В ходе Карибского кризиса основная масса информации поступала от электронной разведки, успехам которой немало способствовало внедрение КГБ в Агентство национальной безопасности и американское посольство в Москве. Говорят, после кризиса Хрущев даже "объявил благодарность ГРУ за предоставленные ему данные перехвата телефонных разговоров в Вашингтоне, которые помогли пролить свет на события и обсуждения, происходившие в официальных кругах, и, в конечном итоге, способствовали окончательному урегулированию кризиса." Однако, принимая во внимание темпы развития кризиса и ту завесу секретности, которая окружала деятельность Искома, электронная разведка, скорее всего, давала лишь весьма ограниченное представление о тех важнейших решениях, которые принимались президентом и узким кругом его советников. Несмотря на настойчивые требования Центра, резиденту КГБ в Вашингтоне Феклисову, похоже, не удалось добыть большого количества достоверной развединформации.

    Главный источник информации Феклисова во время Карибского кризиса имел много общего с Пеньковским. Это был офицер военной разведки США по кличке "Саша", который во время службы в Германии в 1959 году был завербован Михаилом Александровичем Шаляпиным. Саша был платным агентом (в Германии он залез в долги, связавшись с немецкой любовницей, которая тянула из него деньги). По словам Юрия Носенко, за деньги КГБ он поначалу поставлял "целые чемоданы" документов военной разведки. Саша в 1962 году был переведен в Вашингтон, но, не имея доступа к материалам Искома, мог добывать лишь второстепенную информацию.


    Саше удалось пережить Карибский кризис, Пеньковскому же повезло меньше. Как раз в тот момент, когда кризис достиг своей наивысшей точки, камера, спрятанная в потолке его квартиры, позволила увидеть, как он рассматривает поддельный паспорт. Опасаясь, что в действие приводится план побега, Грибанов приказал немедленно арестовать Пеньковского. Только 2 ноября СИС и ЦРУ стало известно о провале. В этот день на одном из фонарных столбов в Москве появился условный знак, который означал, что Пеньковский оставил в "почтовом ящике" материал для передачи. Сотрудник ЦРУ, явившийся к тайнику, был схвачен КГБ и заявил о своем дипломатическом иммунитете. Его задержание вызвало довольно комичное межведомственное недоразумение во Втором главном управлении.

    До тех пор, пока у "почтового ящика" не появился сотрудник ЦРУ, в КГБ ошибочно полагали, что Пеньковский работает только на СИС (в то время, как он был действующим лицом совместной с ЦРУ операции), поэтому им занимался Второй (Англия, Канада, Океания) отдел Второго главного управления, который отказывался посвящать в свои дела Первый (американский) отдел. Когда же озадаченный сотрудник ЦРУ признался, кто он такой, Второй отдел был вынужден, к величайшему своему неудовольствию, заканчивать дело Пеньковского совместно с конкурирующим Первым отделом.


    Пеньковского жестоко пытали во время продолжительных допросов, потом на показательном процессе в мае 1963 года он был приговорен к смертной казни и расстрелян. После разоблачения Пеньковского в опале оказался его собутыльник - генерал Серов, бывший председатель КГБ. После того, как Пеньковский был арестован, Серова сняли с должности начальника ГРУ. Вскоре, после тяжелого запоя, он застрелился в одном из арбатских дворов.
    Единственным сообщением о его смерти была небольшая заметка, подписанная анонимной группой бывших товарищей...


    http://macbion.narod.ru/spies/penkov_gordievsky.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  7. #7
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    Теперь об этом можно рассказать
    Алексей Кузнецов
    ВЕЛИКАЯ РАКЕТНАЯ ДЕЗА,

    Или как столбами и воронками морочили США

    ...Служил в Москве полковник ГРУ (Главного разведывательного управления Генштаба Вооруженных Сил СССР), который без лишних церемоний предлагал свои услуги западным разведкам. Однако вербовать его никто не спешил. Американцам не понравилось - завалился со своими авансами прямо в посольство.

    Канадцы приняли его за подставную утку. Заинтересовались лишь англичане… И когда в апреле 1961 года Олег Владимирович Пеньковский прибыл в Лондон под видом сотрудника советской торговой делегации, коммерсант Грэвилл Вин, работавший на британскую спецслужбу МИ-6, уже ждал его в аэропорту…

    Имя Пеньковского вновь появилось на газетных страницах в прошлом году в связи с событием 30-летней давности - карибским кризисом, чуть было не разразившимся ядерной войной. О полковнике писали много и по-разному, однако в нашей прессе не упомянули о потрясающей по своим масштабам операции советских спецслужб, в которой он сыграл (вольно или невольно?) немаловажную и до сих пор не совсем понятную роль.

    СТРАННЫЙ ШПИОН.

    …Видимо, англичане успели навести кое-какие справки - их новый агент заинтересовал теперь и американцев. Его разработка началась в гостинице в тот же день.
    43-летний разведчик заявил, что полностью разочарован в коммунистической системе и готов способствовать ее разрушению - передавать советские секреты на Запад. Для разминки заместитель начальника совместной группы ГРУ и КГБ по сбору и анализу научно-технической информации выдал пару сотен офицеров ГРУ, расквартированных в разных частях света. Впрочем, большинство из них западным спецслужбам было известно. Главным оказалось другое: переданные им инструкции по обслуживанию советских ракет и копии лекций на эту тему.

    А надо сказать, в середине 50-х американские военные на основании разведданных пришли к выводу: русские весьма опередили их в разработке межконтинентальных баллистических ракет (МБРП). Правительство выделило Пентагону крупную сумму, и через три года появились ракеты "Тор". В 1958 году их разместили на восточном побережье Великобритании, и они взяли прицел на Москву. Во время следующих поездок в Лондон и Париж полковник вручал негативы отснятых им документов Вину. Кроме того, передавал пленки и Москве. Связной была Рори Чисхолм - жена одного из агентов МI-6, приписанного к британскому посольству. Обычно это происходило, когда она гуляла с детьми в парках.

    В начале 1962 года Чисхолм заподозрила, что за ними наблюдают, но, как ни странно, полковник не насторожился, мало того, начал снабжать ее материалами даже на дипломатических приемах, где был повышенный риск попасться контрразведке. В итоге, 22 октября Пеньковского арестовали. Затем в Будапеште взяли Вина, которому предъявили на допросе запись его беседы с Пеньковским в гостинице "Украина", что подтверждало длительную слежку. Казалось бы - финал. На самом же деле история, в которой полковник уже был стреляной гильзой, только начиналась.

    Итак, он выдал американцам документацию на наше как бы основное оружие - ракету средней дальности Р-12 (SS-4). D 1962 году те обнаружили ее размещенной на Кубе и стали склоняться к мысли: русские, наоборот, создать хорошие МБР пока не в состоянии. Их ставка - на ракеты средней дальности.

    ВЕСЕЛАЯ ОХОТА

    ...Ветераны ФБР до сих пор вспоминают дело, прозванное ими "веселой охотой за торговцами оружием". В начале 60-х годов советский дипломат Вадим Исаков водил их за собой по всем штатам от одного торговца оружием к другому. Даже зная о слежке, он вошел в контакт с одним из них, согласившимся продать секретные компоненты. Фэбээровцы тут же предотвратили сделку - Исаков хотел купить акселерометры.

    Главный контрразведчик США, тогдашний шеф ФБР Эдгар Гувер был доволен поимкой шпиона с поличным. Ведь завербованные им советские дипломаты по кличкам Федора и Цилиндр сообщали, что их московское начальство срочно требует как можно больше узнать об американских акселерометрах.
    Зачем они русским - контрразведка прекрасно понимала. Акселерометры - прецизионные гироскопы, определяющие ускорение объекта; по их данным компьютер точно рассчитывает его местонахождение и скорость. А это чрезвычайно важно для определения момента отделения боеголовок от ракеты. Далее они (так было тогда) устремляются к целям, находящимся за тысячи километров, лишь под воздействием силы тяжести.

    Федора за некоторое время до "веселой охоты" сообщил ФБР: советские специалисты не могут точно определять момент отделения и хотят узнать, как решили проблему американцы. Доказательством именно такого положения дел служила и информация, собранная ЦРУ с помощью технических средств разведки. В частности, американские станции прослушивания в Турции, Иране и Пакистане неоднократно перехватывали телеметрию, которая передавалась на землю с борта испытывавшихся советских ракет, - она шла незашифрованной.

    Выяснилось, на наших ракетах - по 9 акселерометров, каждый транслировал данные по отдельному каналу. Уже само количество приборов (ведь достаточно трех, по одному на координатную ось) наводило на мысль: данные акселерометров настолько неточны, что берется их среднее арифметическое. Анализ же прослушивания показывал невероятный разнобой параметров при измерении одной и той же величины. Вновь напрашивался вывод - новейшие советские ракеты SS-7 и SS-9 не способны поражать такие мелкие цели, как шахты американских ракет сухопутного базирования.

    И наконец, у американцев было визуальное подтверждение - их спутники стали фотографировать полигон в Сибири на следующий же день после первых испытаний на нем. На снимках хорошо просматривались воронки и столбы, отмечавшие цели. Точность попадания никуда не годилась.


    МЫ ЗНАЛИ, ЧТО ОНИ ЗНАЛИ…

    ...То, что телеметрия советских ракет прослушивается, наши военные знали давно. Еще в 1957 году они сбили над СССР американский транспортный самолёт, в котором обнаружили подтверждающие это записи. К тому же три года спустя два молодых математика Агентства национальной безопасности США, занимавшиеся анализом подобной телеметрии, сбежали в Москву в поисках коммунистических идеалов. Несомненно, они рассказали, как американцы ведут перехват. Вероятно, тогда и родилась идея - убедить противника в беспомощности наших МБР. Зачем стимулировать его разработки по всё более эффективному противостоянию?

    Корректировать грандиозную дезу, знать чему американцы верят, чему нет, должны были "кроты" - сотрудники западных спецслужб, работавшие на нас. Например, когда советский агент в западногерманской разведке Ганс Фельфе несколько раз передал на Запад завышенную численность наших ядерных бомб, "кроты" доложили - в Пентагоне склоняются к мысли, что СССР больше полагается на стратегическую авиацию, нежели на МБР. Это нас вполне устраивало, и как бы в подтверждение на одном из майских парадов в Москве над головами присутствовавших на Красной площади военных атташе пролетела армада бомбардировщиков (на самом деле- одни и те же ходили по кругу). Там же показали ракеты, будто бы составлявшие основу советских ракетных сил, но в действительности широко не развертывавшиеся - скажем, межконтинентальную РС-13 (SS-13), которая, по западным оценкам, имела весьма большую вероятную круговую ошибку - в целую милю.

    Вероятному противнику ненавязчиво попадались советские научные статьи, описывающие "метод голосования", по которому наиболее разнившееся показание одного из трех акселерометров отбрасывалось, а из двух оставшихся получали среднее.

    Дезинформаторам оставалось лишь поставить на каждую испытывавшуюся ракету шесть дополнительных специально расстроенных акселерометров. Американцы перехватывали сообщения всех девяти и убеждались в отсталости русских ракет. Советские же специалисты просто не учитывали ложные показания.

    Кстати, Пеньковский передал американцам очень мало данных о МБР, хотя по своему положению мог знать гораздо больше. А что касается З-12, указал ее круговую ошибку как равную 2 км - мол, и эти ракеты весьма неточны.

    Итак, многомасштабная деза сработала. Почти десятилетие американские ракетные шахты оставались практически беззащитны, и в случае безумного развития событий мы неожиданно могли их уничтожить.

    ОНИ ПОНЯЛИ, ЧТО МЫ ЗНАЕМ, ЧТО ОНИ ЗНАЮТ...

    ...Заблуждения Пентагона стали развеиваться в 1968 году, когда СССР испытал новые сложнейшие ракеты, в том числе и с разделяющимися боеголовками. Оказалось, что и принятая на вооружение (то есть уже многократно опробованная) 30-метровая SS-9 переносила 25-мегатонный заряд почти на 13 тысяч км и укладывала его в цель с точностью в четверть мили.

    Американцы еще лелеяли надежду, что русские не смогут точно наводить разделяющиеся боеголовки, которым обычно предстояло поразить цели, разнесенные на многие километры, но и здесь их ждало разочарование - Советский Союз вовсю испытывал межконтинентальные РС-16 (SS-7), РС-18 (SS-19), РС-20 (SS-18). Погрешность индивидуального наведения их элементов не превышала 200 м.

    Окончательно же туман рассеялся в начале 70-х, когда на советском полигоне, ошибочно, видимо, приняв фотографирующий спутник противника за аппарат электронной разведки, не стали при нем стесняться. Тот заснял во всей красе, как бульдозеры и экскаваторы засыпали одни воронки и вырывали другие, а рабочие перемещали столбы-реперы, готовясь к проходу ожидавшегося - да не того - американского спутника.

    И конечно же, когда у нас поняли - деза раскрыта, воронки засыпать перестали, телеметрия пошла зашифрованной, а Федора и другие агенты- подставы сведения о неточности советских ракет больше не передавали...

    * * *
    Вся эта операция, убеждавшая американцев в неуязвимости их ракет (и тем самым оставлявшая беззащитными от первого удара), позже получила на Западе название "Великая ракетная деза". Какую же все-таки роль в ней - вольную или невольную - сыграл полковник Пеньковский, снабжавший заокеанскую спецслужбу описаниями "неточных советских ракет"? И если первую - то действительно ли его казнили 16 мая 1963 года после широко разрекламированного процесса?

    Кто знает...
    Только ГРУ.
    http://macbion.narod.ru/spies/penkov_deza.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  8. #8
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    ЕЩЁ ОДИН ДОКУМЕНТ...

    ...А вот еще один документ, происхождение которого неизвестно. Составители ЭНЦИКЛОПЕДИИ взяли за правило не работать с неизвестными документами, однако в нём содержатся настолько интересные детали, касающиеся "дела Пеньковского", что мы просто не посмели скрыть этот материал от наших читателей. Верить этому документу, или не верить - ваше дело, но публикуя его на страницах нашего раздела, мы надеемся выявить истину - тот, кто был знаком с этим документом ранее, пусть откликнется.


    Дело Пеньковского стало одним из самых крупных успехов советской контрразведки в годы "холодной войны".
    …Полковник Главного разведывательного управления Генерального штаба Вооруженных Сил СССР Олег Пеньковский работал под прикрытием должности заместителя начальника иностранного отдела Управления внешних сношений Государственного комитета при Совете Министров СССР по координации научно-исследовательских работ. Он начал службу в армии в 1937 году, закончил два высших военно-учебных заведения - Военную академию имени М.В. Фрунзе (1948) и Военно-дипломатическую академию Советской Армии (1953). Участник Финской и Великой Отечественной войны. Был награжден 5 орденами и 8 медалями. Успешной военной карьере Олега Пеньковского способствовала его удачная женитьба на дочери начальника Политуправления Московского военного округа генерал-майора Дмитрия Гапановича, а также близкое знакомство с начальником Главного ракетно-артиллерийского управления Министерства обороны СССР маршал артиллерии Сергеем Варенцовым, в семью которого он был вхож.

    …С 1953 по 1955 гг. Пеньковский - старший офицер 4-го управления ГРУ (страны Ближнего и Дальнего Востока), в 1955-1956 - помощник военного атташе при посольстве СССР в Турции. После возникшего конфликта с резидентом ГРУ в Анкаре, генерал-майором Николаем Рубенко, был отозван в Москву. В 1956-1958 гг. продолжил службу в центральном аппарате ГРУ, проходил программу подготовки для назначения на должность военного атташе в Индии. Однако накануне убытия в загранкомандировку в Дели было установлено, что Пеньковский исказил свои биографические данные, скрыв, в частности, тот факт, что его отец являлся белогвардейским офицером и участвовал в боях с частями Красной армии, в ходе которых был убит (в официальной анкете указывалось "умер от тифа в 1919 году").

    После последовавшего разбирательства Пеньковский отводится от престижной загранкомандировки и откомандировывается из Главного разведывательного управления. В качестве слушателя он изучает ракетную технику на Высших академических курсах Военной академии имени Дзержинского. В 1959 году, благодаря поддержке маршала артиллерии Сергея Варенцова, Пеньковский добивается возвращения в систему военной разведки, и год спустя, в качестве старшего офицера 3-го управления ГРУ (страны Северной и Южной Америки, Великобритания), назначается членом мандатной комиссии Военно-дипломатической академии.

    …Будучи по натуре крайне честолюбивым человеком, отвод от спецкомандировки в Индию Пеньковский воспринял весьма болезненно, после чего решил предложить свои услуги одной из западной спецслужб. С июля 1960 года он предпринимает несколько попыток установить конспиративный контакт с ЦРУ США.

    Письмо, переданное Олегом Пеньковским в посольство США в Москве через одного из американских туристов, попадает в Лэнгли. Однако, опасаясь подставы со стороны КГБ, там заняли выжидательную позицию и долго анализировали поступившее предложение. Три месяца спустя для поддержания связи с Пеньковским в американское посольство в Москве прибыл специально присланный из ЦРУ человек. Тем не менее он так и не решился установить контакт с инициативником в условиях жесткого контрразведывательного режима, существовавшего в Советском Союзе.

    …После перехода на работу в Государственный комитет при Совете Министров СССР по координации научно-исследовательских работ Пеньковский получает возможность легального общения с иностранцами, а также выезда за границу. Так и не дождавшись ответа из ЦРУ, в апреле 1961 года он через британского бизнесмена Гревилла Винна предлагает свои услуги "Сикрет интеллидженс сервис". Тот, в свою очередь, извещает об этом МИ-6. Учитывая, что Олег Пеньковский одновременно предложил свои услуги как Вашингтону, так и Лондону, было принято решение о совместной работе с агентом. С этой целью формируется англо-американская группа, куда от ЦРУ вошли Джозеф Бьюлик и Джордж Кайзвальтер, а от СИС - Гарольд Шерголд и Майкл Стоукс.

    …20 апреля 1961 года во главе делегации советских технических специалистов Пеньковский прибывает в Лондон, где в отеле "Маунт Роял" проводит серию конспиративных встреч с представителями английской и американской разведок. Убедившись в ценности агента как важнейшего источника информации о деятельности ГРУ, настроениях в кругах высшего советского военного руководства и ракетных программах СССР, сотрудники объединенной группы ЦРУ и МИ-6 обговорили с ним условия сотрудничества и способы поддержания связи, как в Москве, так и при выездах Пеньковского в краткосрочные загранкомандировки. Учитывая уникальные разведывательные возможности агента по добыванию секретных и совершенно секретных данных, Пеньковскому было гарантировано не только предоставление по его выбору гражданства США или Великобритании с последующим трудоустройством, но и присвоение воинского звания "полковник" английской или американской армии.

    …В поддержании конспиративных контактов с Пеньковским в Москве, помимо связника СИС Гревилла Винна, в общей сложности было задействовано 12 кадровых разведчиков США и Великобритании. Семь из них представляли посольство Великобритании (Родерик Чизхолм, Гервез Кауэлл, их жены Джанет-Анна Чизхолм и Памелла Кауэлл, Джон Варлей, Фелесита Стюарт, Айвор Рауселл), остальные пять - посольство США (Алексис Дэвисон, Хью Монтгомери, Родней Карлсон, Ричард Джэкоб, Вильям Джонс). За время сотрудничества с ЦРУ и МИ-6 Пеньковский передал на Запад свыше ста микрофильмов с переснятыми им документами из секретной библиотеки ГРУ, а также значительный объем сведений по ракетной промышленности СССР. Кроме того, он опознал по фотокартотеке ЦРУ около 150 лично известных ему офицеров ГРУ, работавших за рубежом под дипломатическим прикрытием.

    …Оперативная разработка по делу Пеньковского осуществлялась под личным руководством председателя КГБ Владимира Семичастного силами английского отдела Второго главного управления КГБ СССР. Непосредственным куратором операции являлся начальник ВГУ Олег Грибанов. После ареста Пеньковский был доставлен на беседу к Семичастному, в ходе которой согласился оказать посильную помощь КГБ в разоблачении сотрудников московских резидентур ЦРУ и СИС и принял участие в оперативной комбинации по захвату с поличным американского дипломата-разведчика.

    …Суд, учитывая тяжесть совершенного преступления, приговорил Олега Пеньковского к расстрелу. Дело Пеньковского изучается в Академии ФСБ как операция, ставшая классикой контрразведывательного искусства.
    http://macbion.narod.ru/spies/pencov.4.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  9. #9
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    ШПИОН, КОТОРОГО НЕ БЫЛО
    История несостоявшейся войны


    Олег Пеньковский, полковник советской военной разведки, "англо-американский шпион". На Западе он стал человеком-легендой, героем тайных схваток "холодной войны", борцом против советского режима. А для наших людей продолжает оставаться изменником и предателем. Но кого же все-таки предал Олег Пеньковский, кому изменил и изменил ли вообще?
    1962 год, октябрь. Мир на грани ядерной войны. Спровоцировал кризис Никита Сергеевич Хрущев - именно его авантюрная и необдуманная акция по размещению на Кубе советского ракетно-ядерного оружия едва не столкнула мир в пропасть. 22 октября 1962 года президент США Джон Кеннеди вводит карантин - морскую и воздушную блокаду Кубы: Америка требует удаления советских ракетно-ядерных средств с острова. Хрущев приводит советские ядерные силы в полную боевую готовность - готовность к нанесению удара по территории США...


    27 октября не выдержали нервы советских зенитчиков на Кубе - ракетным залпом сбит самолет-разведчик ВВС США. Казалось, это первый залп третьей мировой... Но Кеннеди не отдал приказ. И был прав.


    Почему Кеннеди не дрогнул, почему не сорвался? Он мог, если бы... твердо не знал: русские не нападут первыми - они блефуют. Да, все было блефом, мыльным пузырем - за спиной Хрущева не было той реальной военной мощи, которая могла бы заставить отступить Кеннеди. Мир был заворожен, шокирован советскими успехами, и только узкий круг руководителей США и Англии тогда, в октябре 1962-го, знал: СССР еще не способен к нанесению первого ядерного удара. И дело было не только в огромном дисбалансе сил - 17:1 в пользу США по ядерным средствам, 5000 американских ядерных зарядов против 300 советских. Нет, советские ракеты были мощны, но малоуправляемы и малонадежны - системы их наведения тогда еще были толком не отработаны. Советы в данный момент абсолютно не готовы к войне, за акцией Хрущева на Кубе нет абсолютно ничего - абсолютно никакой подготовки. На чем же базировались эти выводы администрации Кеннеди, что позволило ей действовать столь уверенно и решительно, что Хрущев впервые дрогнул и отступил? Уверенность вселила та информация, которую с апреля 1961 года передавал ценнейший и крупнейший источник информации в Москве - Алекс, он же полковник ГРУ Олег Пеньковский.
    По официальным данным, его арестовали 22 октября 1962 года, в самый критический момент Карибского кризиса. Но он уже сыграл главную игру своей жизни.


    Неужели один человек мог добыть и передать информацию столь глобального уровня? Да. Косвенно это признал и советский суд: там сообщалось, что с апреля 1961 по осень 1962 года полковник Пеньковский отснял и передал потенциальному противнику 110 кассет фотопленки - более 5 тысяч снимков документации, более 7,5 тысячи страниц секретнейших материалов попало в руки аналитиков Запада...
    Военные эксперты НАТО, подчеркивая вклад Алекса в укрепление обороноспособности своего блока, сообщили: полученная от него информация привела к кардинальному переосмыслению всей стратегии НАТО в Европе и ее пересмотру. И практически все западные исследователи единодушно увязывают имя Пеньковского именно с ракетным кризисом вокруг Кубы в 1962 году.


    А мы? Что мы знаем о Пеньковском, какой портрет нарисовала официальная пропаганда? "Лицемерие, двуличность, обман"; "Свидетели Пеньковского показали на суде, что он был близок со многими женщинами, прожигал жизнь в питейных заведениях"; "Пеньковский был человеком с крайне ограниченными интересами, с крайне узким кругозором, он не проявлял интереса ни к литературе, ни к музыке, ни к искусству. Он не читал книг". Чекистская логика вечна и неизменна: шпион должен соответствовать высочайше утвержденному клише и образу. Он обязательно должен быть бабником, развратником, пьяницей.


    Но реальный Пеньковский далек от образа, карикатурно очерченного судом. Олег Владимирович родился 23 апреля 1919 года в городе Владикавказе в интеллигентной и благополучной по дореволюционным меркам семье. Его отец, Владимир Флорианович, выпускник Варшавского политехнического института, инженер по профессии, в 1918 году стал офицером белой армии. Поручик Пеньковский погиб или пропал без вести в боях против Красной Армии незадолго до рождения сына. Нам трудно подтвердить или опровергнуть этот факт. Родной дядя его отца, напротив, пошел служить к красным. В начале 60-х Валентин Антонович Пеньковский был уже генералом армии, командующим войсками Белорусского военного округа. А у Олега Пеньковского была типичная советская жизнь: школа, комсомол, артиллерийское училище в Киеве... В сентябре 1939 года политрук батареи Пеньковский участвует в боевых действиях против поляков. В январе 1940-го он уже на Карельском фронте, воюет с финнами, в марте вступает в партию. Затем война с Германией: фронт, ранения, награды. Артиллерийский офицер Пеньковский воевал очень неплохо, о чем говорят хотя бы его награды: два ордена Красного Знамени, орден Александра Невского, орден Отечественной войны I степени, орден Красной Звезды, восемь медалей...


    В 1948-м он заканчивает одну военную академию, а через год его направляют уже в другую - Военно-дипломатическую - кузницу кадров советской военной разведки. В 50-м Пеньковскому присвоено звание полковника - в 31 год! В 53-м он попадает в центральный аппарат ГРУ - в управление, занимающееся странами Ближнего и Среднего Востока, 1955-й - первая командировка за рубеж в качестве помощника военного атташе в Анкаре. Но его реальная должность - старший помощник резидента ГРУ в Турции...


    1958-м годом датируется его первый контакт со спецслужбами Запада. По версии западных исследователей и советских следователей, именно тогда Пеньковский и замыслил перейти на "их" сторону: он пытается заинтересовать резидентуру ЦРУ в Анкаре своей информацией об операциях советской разведки на Ближнем Востоке, о советском проникновении в Египет и Турцию. Но эксперты по контрразведке ЦРУ классифицировали тогда эту активность советского полковника как типичную операцию КГБ. ЦРУ информировало посольства стран НАТО в Анкаре об опасности контактов с этим полковником. Скорее всего, это и была одна из операций, только не КГБ, а ГРУ.


    В том же году его направляют в военную академию (уже третью!) - на высшие курсы по новой ракетной технике. После окончания которых в мае 1959-го он снова возвращается в аппарат ГРУ: его направляют уже в отдел, работающий против США, Великобритании и стран Британского содружества - Канады, Австралии, Новой Зеландии...


    В круг друзей и знакомых Пеньковского входят высшие армейские генералы, маршалы... Очень неплохо относится к своему подчиненному шеф ГРУ Серов, маршал Варенцов вводит Пеньковского в круг руководства ракетных войск. Такой человек действительно мог обладать доступом к уникальной информации. Но почему он решил работать на Запад, что толкнуло его на это?


    Естественно, что столь рекламируемая гэбистами его страсть к женщинам, выпивке и деньгам выглядит явно неуместно. Слабо могу себе представить полковника военной разведки, бегающего по бабам и кабакам, а в перерыве шпионящего для Запада. А ведь и прямые обязанности еще были. И КГБ следил за своими "военными соседями", бдела и служба безопасности самого "Аквариума". И тем не менее Пеньковский принимает решение о сотрудничестве с английской разведкой?!


    Англичане решают рискнуть и принять предложение. Они подключают к операции и американцев - слишком важными оказались данные Алекса (такой псевдоним взял себе Пеньковский) для стратегии всего западного сообщества. В иные моменты до двадцати офицеров ЦРУ обеспечивало работу Алекса в Москве. А в Лондоне и Париже с Пеньковским беседуют во время его визита буквально целыми днями: допрашивают, инструктируют, обучают приемам связи. Затем известный нам финал: арест, следствие, суд, расстрел.


    Однако загадки Пеньковского здесь только начинаются. Одна из них: как он провалился и каковы обстоятельства его ареста? Вызван ли провал только работой контрразведки или его спровоцировал некий источник в Лондоне или Вашингтоне? Почему Пеньковского просто арестовали, а не взяли с поличным - на контакте, при пересъемке, закладке тайника и т.п.? Почему его связник Винн арестован не в Москве, а в Будапеште - 2 ноября 1962 года, тоже не "на деле", не с поличным взят, а на улице? Почему Пеньковский вообще пошел на поддержание связи через Винна, который был хорошо известен советским спецслужбам (в т.ч. и Пеньковскому) как экс-разведчик? Почему Пеньковский продолжал наращивать интенсивность работы тогда, когда уже все говорило о предстоящем провале: в 1962-м КГБ трижды отказало ему в выездных визах - в США, Бразилию и на Кипр. Разведчик в таких случаях должен рвать все концы, обрубать контакты, давать сигнал провала и "ложиться на дно". Почему именно КГБ берет в свои руки это дело? (ГРУ имеет свою систему внутренней безопасности и следствие по сотрудникам проводит само.) Почему вообще сообщили об этом деле, а не повели скрытую игру по дезинформации противника - обычный прием всех разведок? Ведь огласка внутри страны задевала целый эшелон высших командиров армии...


    А может быть, именно поэтому оно и прогремело? Как удар по некоторым военным, удар по конкурентам из военной разведки... Может быть, это вообще была не столько контрразведывательная акция, сколько политическая, направленная на достижение неких целей в кремлевских интригах? Некоторые детали ведь вообще нелепы. Например, суду предъявлялся снимок Пеньковского в форме британского полковника - ему, мол, обещали чин полковника армии Британской империи... И профессионал Пеньковский снялся в этой форме?! И привез снимок в Москву?! Хранил дома?! Нонсенс!


    А с Винном Пеньковский где встречается и беседует? В отеле "Националь"! Стоит ли объяснять, что "Националь" был чуть ли не штаб-квартирой КГБ, а его номера для таких, как Винн, были набиты аппаратурой. И стоит ли говорить, что полковник советской военной разведки это знал лучше всех.
    Но если его вполне устраивали встречи именно в этой вотчине Лубянки, значит, у него были на то свои резоны. Какие? Профессиональные, вероятно.


    Все это наводит на мысль: контакты Пеньковского с англичанами и американцами проходят с ведома и санкции его руководства. Это игра, которую ведет ГРУ с ЦРУ и СИС через своего полковника. Тогда можно объяснить очень многое, почти все. Почему же суд? Приговор? Разведчик, ведущий такую игру даже с санкции руководства, всегда ходит по лезвию ножа, он всегда может стать жертвой таких обстоятельств, которые ведут к срыву в пропасть. Игра может зайти далеко настолько, что даже собственное руководство заподозрит измену и примет меры для подстраховки. А если игру засекают "соседи" из КГБ? Тогда они совсем не обязаны подыгрывать своим конкурентам и фактическим противникам на политических подмостках Кремля. Ведь это великолепная возможность сыграть свою партию, поставив дело так, что ГРУ предпочтет бросить своего человека, предав его, отречься, нежели поставить под удар людей высшего ряда. И предают, и отрекаются - это в традициях наших спецслужб.
    Были люди, которые немало могли выиграть от того, что Хрущев потерпел бы сильную неудачу на международной арене и был бы дискредитирован. И в первую очередь - все руководство Вооруженных Сил СССР, не говоря уж о складывающейся антихрущевской оппозиции в ЦК КПСС. Ведь к концу правления Хрущева положение дел в армии было весьма плачевным. Осенью 1957 года Хрущев выбрасывает из армии Жукова - грязно, по-заговорщически. Вместе с ним вышвырнута целая группа генералов. Им дали понять: так может быть с каждым! Впав в эйфорию от успехов советских ракетчиков, Хрущев настолько переоценил роль ракетного оружия, что приступил к реорганизации и ломке сложившейся структуры армии. Удар наносился по ВВС, флоту и артиллерии. Озлобленная, деморализованная армия была не способна к реальной схватке с таким противником, как США. И лучше всех это понимали военные "верхи" - Генштаб, ГРУ. В случае конфликта с Америкой и ее союзниками - хоть на Кубе, хоть в Европе, хоть на Дальнем Востоке - на победу рассчитывать мог только кретин. И понимающие это совсем не жаждали ввязаться в драку.
    Апокалипсиса не произошло. И ключевую роль в этом сыграл Пеньковский и переданные им материалы. Они позволили Кеннеди разгадать игру Хрущева, понять ее абсурд. И если военной верхушке СССР нужно было найти такой ход, который позволил бы выйти на контакт с Америкой, дать ей понять, что Советский Союз не желает войны и не готов к ней, то лучшего инструмента, чем ГРУ, у нее не было. И лучшего канала, чем Алекс. Это лишь версия.


    А если вернуться к реальному Пеньковскому, то он не мог выжить в любом случае - слишком много знал.
    http://freelance4.narod.ru/pen_.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  10. #10
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    Владимир Семичастный:

    ПЕНЬКОВСКОГО ПОДВЕЛА ЖАДНОСТЬ


    Cправка из Советского энциклопедического словаря: «Семичастный Владимир Ефимович (р. 1924). Советский государственный, партийный деятель. Член КПСС с 1944 года. В 1946 -- 50 гг. секретарь, первый секретарь ЦК ЛКСМ Украины. В 1958 -- 59 гг. первый секретарь ЦК ВЛКСМ. В 1961 -- 67 гг. председатель Комитета государственной безопасности»

    -- Владимир Ефимович! Не знаю, с чем уж это связано, но вдруг и на Западе и у нас вновь заговорили и заспорили о Пеньковском. Появилось много публикаций и книг. Например, за границей выпустили «Записки Пеньковского», а у нас -- мемуары «Операция «Турнир», точнее «записки чернорабочего разведки» Анатолия Максимова. Описывая «рассекреченные жизни», разные авторы совершенно по-разному рисуют судьбу и личность Пеньковского. По одним данным, это самый главный предатель военных тайн Советского Союза, получивший по заслугам высшую меру наказания. По другим данным, Олег Пеньковский -- жив, потому что, будучи искусным разведчиком, специально выполнял роль дезинформатора спецслужб Англии и Америки и добился в этом колоссальнейших успехов. Но для виду, т.е. для продолжения «игры», КГБ был разыгран спектакль суда со смертной казнью, будто бы тут же приведенной в исполнение. В действительности же его лицо было якобы ненастоящим, и после завершения спецзадания он вернулся к прежнему своему облику. И, дескать, по-прежнему здравствует как один из самых заслуженных разведчиков страны. Иные же договариваются до того, что Пеньковский не просто шпион, а такой особый шпион, что его даже сожгли, чтобы и духу его на земле не было. Уже не поймешь, что быль, а где сказка. Все это случилось при вас. Интересно, а что вы скажете?

    -- Да... Что касается Пеньковского, то чего только не наговорили. Некоторые выдают его чуть ли не за резидента и координатора всей агентурной сети Запада в СССР. А на самом деле... хотите, я вам расскажу, как все было, когда его только арестовали? Он, как известно, работал в ГРУ (Главном разведывательном управлении Министерства обороны СССР), на чем и погорел тогдашний начальник ГРУ Серов...
    Когда Пеньковского арестовали, его сразу привели ко мне на Лубянку...

    -- Вы его допрашивали?
    -- Нет. Я его не допрашивал. Я просто первый, кто хотел посмотреть на него, чтобы лично убедиться, что он за человек. Его привели ко мне в кабинет, а там, значит, такой большой стол, длинный. И вот, как сейчас помню, сидит он в конце, такой пришибленный и облезлый такой, как, понимаете, жалкий мышонок. И вдруг говорит мне: «Я, гражданин председатель... Я мог бы предложить вам свои услуги и поработать на государство...» -- то есть сразу начинает пытаться договариваться. Тогда я говорю:

    «Вначале скажите, какой вы вред принесли государству? И что особо важное вы передали американцам и англичанам?» Он начал что-то болтать, и тогда я сказал: «Имейте в виду, мы больше знаем, чем вы сейчас рассказываете. Поэтому посидите в тюрьме и, когда в камере все вспомните и придете к мнению, что все можете рассказать, дайте знать, и я вас приму». Однако больше я его не принимал, потому что им уже занялись следователи, арестовали уже и Винна и начали «игру» с ними: и однажды, как бы случайно, навстречу Винну повели по коридору Пеньковского, чтобы тот видел, что арестован этот, а этот видел, что арестован тот, и чтобы оба знали, что и тот и другой уже дают показания, но не знали, какие именно. Благодаря такой психологической игре на допросе их было легче раскалывать. Так что никуда он не делся. Его расстреляли.

    -- А какие последствия были для его семьи? Запрещалось где-то жить, учиться и т.д.?
    -- Нет. Наоборот. Ведь мы проникли в его квартиру еще раньше и в квартире обнаружили тайник, обнаружили поддельный паспорт, то есть паспорт, по которому он должен был перейти на нелегальное положение... И еще несколько тысяч рублей. Позже я приказал оставить семье не то половину, не то какую-то очень большую сумму из тех денег. Наблюдая за Пеньковским, мы параллельно убедились, что остальные члены семьи (его мать, жена и дочь) порядочные люди, которые совершенно не в курсе этого предательства (Пеньковский делал все очень тайно.) Поэтому, чтобы они не страдали, мы немедленно перевели дочь в другую школу и переселили семью в другое место. Мы боялись за дочь, потому что она уже оканчивала школу. И из-за соответствующей обстановки в школе могли быть самые страшные последствия: девочка могла психологически не выдержать возникшего напряжения и внезапной отчужденности. Однако фамилию оставили прежнюю. Потом уже, кажется, и фамилию заменили, чтобы не висело над ними проклятие сына, мужа и отца-предателя.

    А женой Пеньковского, кстати, была дочь не кого-нибудь, а начальника политуправления Московского военного округа. Вот так! А сам Пеньковский был адъютантом у маршала артиллерии Варенцева, который перед арестом своего «помощника» был командующим ракетной артиллерией сухопутных войск Советского Союза. Пеньковский, будучи у Варенцева, так сказать, холуем, настолько втерся в его семью, что ему доверяли даже ключи от дачи, на которой Пеньковский устраивал свои оргии, имея при этом какие-то связи и с дочерьми Варенцева... Ну и все прочее. Так что многое из того, что он передавал англичанам и американцам, было у него от общения с ничего не подозревавшим Варенцевым. А ведь в гостях и на переговорах у Варенцева бывали и военные, и конструкторы, и другие секретные лица. Пеньковский в подробностях знал про все его командировки в места дислокации ракетных войск.

    И все это передавалось на Запад. В конечном счете и Варенцев из-за него основательно пострадал: его разжаловали из маршалов артиллерии до генерал-майора. Когда я первый раз вызвал Варенцева к себе на разговор, он мне устроил такое... Мол, какое вы имеете право? Тогда я ему все выдал и сказал: «Вы что? Думаете, я лично решил с вами так разговаривать? Думаете, о том, как вы работаете и как проводите свое время, не знают в ЦК КПСС? Так что подумайте, кого вы пригрели у себя на груди и что за тип около вас крутился все это время». Он: «Ы-ы-ы-ы-ы!» Чуть ли не матом на меня.

    Тогда я говорю: «Вот что... или я сейчас вызову стенографистку и буду официально вести допрос, или... вот вам вопросы и... чтобы завтра вы принесли мне полностью ответы на все эти вопросы!» После этого он сразу сник. И все! А Пеньковский сам напросился на предательство. Он несколько раз подбрасывал письма и англичанам и американцам с предложением своих услуг. Как мне помнится, американцы вначале побоялись. А англичане вышли на него. И когда он стал с англичанами устанавливать связь, мы его заметили. Точнее, мы его случайно поймали на мимолетном контакте в ГУМе около фонтана.

    Помните: «Если вы потерялись, встречайтесь в центре ГУМа у фонтана»? Так вот, наша «наружка» (наружное наблюдение. -- Н.Д.) его там засекла. А потом его повели, повели... Мы ведь его, как говорят, пасли где-то четыре месяца. Мы сняли целый документальный фильм о Пеньковском. Этот фильм есть в архивах КГБ, но его не будут показывать, потому что нельзя его показывать, как нельзя показывать секретные документы. Между тем в этом фильме есть интересный момент, когда жена секретного сотрудника английского посольства сидит в сквере, а Пеньковский дарит девочке, которой три или четыре года, коробку конфет, и та бежит к маме, а в коробке с конфетами еще и пленки. Эта мама была как почтальон секретной почты. У нас была такая уникальная по тем временам аппаратура, которая позволяла снимать даже с крыши, как Пеньковский делал копии на подоконнике, не без оснований опасаясь, что внутренняя часть его кабинета отслеживается. Вокруг Пеньковского западные спецслужбы пытаются создать ореол «агента века» и доказать, что они завербовали одного из сверхсекретных чинов СССР.

    -- Но ведь он действительно нанес стране страшный ущерб?
    -- Да не-е-ет! Договорились до того, что он предотвратил атомную войну, выкрав советское сверхсекретное ракетное топливо, после чего США якобы сразу смогли нас догнать в области стратегических ракетных вооружений. Че-пу-ха! Ничего этого не было! Он пользовался всего-навсего библиотекой Главного разведуправления. Говорят, что он брал там сверхсекретные материалы и, перефотографировав, переправлял их на Запад. Спрашивается: какие сверхсекретные документы могут храниться в библиотеке даже в ГРУ? Это непозволительно было! Дело в том, что американской и английской разведкам было просто необходимо раздувать свои успехи о сверхагенте в СССР, чтобы выбить дополнительные финансы на свою деятельность.

    Когда Пеньковский, будучи тайным сотрудником ГРУ Минобороны и работая легально замом начальника отдела Госкомитета СССР по науке и технике у Кириллина, ездил за границу (в Лондон и Париж), с ним там подолгу беседовали американские и английские спецслужбы. И на основании этих бесед сразу вырисовывается его истинная личность: каким мелочным и меркантильным он был, как выпрашивал всякий раз деньги и звания у иностранных разведок. Он же стал полковником трех разведок: нашей, английской и американской. И самонадеянно считал, что его теперь должна принять чуть ли не сама королева Великобритании. Он так этого хотел, что англичане были вынуждены для начала устроить ему встречу с каким-то там лордом, чтобы хоть как-то остудить ему мозги. А деньги выпрашивал якобы на подарки нужным людям. В действительности же все это делалось в личных целях. Потом деньги якобы он выбивает не только для себя, но и для Винна, который под видом английского коммерсанта был у него связным. Пеньковский говорил: «Не забывайте, что мне и Винну надо дать». И так на каждой беседе. Ему вопросы, а он сразу: сколько это будет стоить?!

    Но, надо сказать, на всякий случай и я и ГРУ вынуждены были более 200 разведчиков отозвать из-за границы, потому что Пеньковский лично знал некоторых.

    А вообще Пеньковский был не только тщеславным, но и неуравновешенным. От ГРУ (еще до этого) он работал в атташате нашего посольства в Турции. И там и наша резидентура, и ГРУ потребовали убрать его оттуда. И его вынуждены были отозвать оттуда, потому что он был склочник, неуравновешенная и, как итог, очень мстительная личность. Он просто не мог нормально работать в коллективе с людьми. И его единогласно выставили не только оттуда, но и из ГРУ. Он болтался без дела. И только по ходатайству Варенцева Серов его восстановил. И то... как восстановил... Когда Серов поручил своим подчиненным дать на Пеньковского характеристику и заключение, то они дали заключение, на котором Серов написал:

    «С такой характеристикой я не могу восстановить!» Но вместо того чтобы отказать, переделали это представление, и Серов написал: «Утверждаю». Его восстановили снова в ГРУ и под крышей ГРУ направили работать в Комитет к Кириллину, замначальника какого-то отдела. И дальше... Когда он уже работал в Госкомитете по науке и технике, семья Серова поехала за границу, и Пеньковский ее там встречал, сопровождал, водил по магазинам и даже расходовал на это часть своих денег. Через некоторое время семья Серова (жена и дочь) появляется в Париже, и Пеньковский тут как тут. И он снова водит их там по магазинам... Вплоть до злачных мест. Видите ли, дочери Серова захотелось побывать на улочках, где находятся дома терпимости и промышляют проститутки. Он и туда ее повел. А когда он вернулся сюда, то семья Серовых устроила ужин в его честь. И, разумеется, на этом ужине присутствовал Серов.

    Все это мы потом Серову напомнили и инкриминировали. Кстати, когда Варенцеву праздновали
    60-летие, произошла забавная штука. На этом 60-летии, между прочим, были многие высокопоставленные лица. И даже заведующие отделами ЦК КПСС. Развернулось такое застолье! А было это на квартире, не в ресторане. Появляется Пеньковский. И дарит Варенцеву коньяк с цифрой 60, то есть якобы шестидесятилетней выдержки. Потом наши следователи установили, что этот коньяк действительно куплен в Париже, но самого рядового розлива, а рекламная наклейка вырезана Пеньковским из какого-то журнала и искусно приделана им вместо настоящей. Его даже здесь жадность подвела.

    Дешевый фальсификатор! Хотя западные хозяева денег не жалели. Однако и гости тоже были хороши: пили и смаковали: «Вот это коньяк!» Пеньковский даже до этого опускался. А то, что говорят, дескать, главное ракетное топливо американцам продал -- совершенная галиматья. Он не имел к этому никакого отношения! Это исключается. Однако он мог указать дислокацию и назвать какие-то типы ракет, и то не сколько, и где, и каких ракет находится, а только географию их размещения -- по командировкам Варенцева.

    Разумеется, знал он и то, что Варенцев болтал на пьяную голову за столом или где-то в присутствии генералов. А Пеньковский все это слышал, когда подносил выпить или долить... И записывающее устройство у него на всякий случай было включено. Вот это было! Но что он мог найти и взять в библиотеке ГРУ? Да и в Госкомитете по науке и технике совсекретные материалы по оборонным делам никогда не проходили. И, значит, он и там не мог что-то брать. Второе. Если бы даже в библиотеке ГРУ наметился повышенный интерес какого-то сотрудника, пусть даже генерала, к каким-то темам (а там сидят не простые библиотекари), немедленно было бы сообщено куда следует и за таким любопытным установлено соответствующее наблюдение.

    Это ведь спецслужбы. И там не бывает, чтобы кто-то сам по себе пришел и сказал: «Дай мне то-то и то-то...» -- и все прошло бесследно. Ничего подобного. Если даже в обычных библиотеках все на учете (кто, когда и чем пользовался), то в спецбиблиотеках тем более. Все выдачи материалов происходят по спецразрешениям, а разрешения выдаются по спецуказаниям, а указания даются на основании соответствующим образом разработанных планов операций и т.д. и т.п. Бывают, конечно, какие-то отступления. Но как только они начинают носить систематический характер, об этом сразу становится известно в структурах Госбезопасности.

    И в архивах ни одному рядовому и даже высокопоставленному, но постороннему сотруднику не выдадут ни одну бумагу. Прежде чем он не напишет объяснение: зачем ему это нужно? Во всяком случае, так должно быть!

    Так было и с Пеньковским. Я же говорю, мы сняли ему в затылок четыре части фильма по тридцать минут. Я даже возил, показывал этот фильм Фиделю Кастро. Он еще министру своему говорил: «Смотри и учись, как это делается!» Ведь мы еще и подсовывали Пеньковскому какую-нибудь туфту, чтобы у американцев голова шла кругом. И он это все им передавал. И они принимали это за чистую монету и платили ему такие премии, что становилось ясным: клюнули! И на ответные меры соответствующие финансы вбухивали...

    Потом... Пеньковский еще несколько раз должен был выехать за границу, однако мы закрыли эти выезды... Но мы его не арестовывали. Почему? Мы тянули, потому что должен был приехать сюда Винн. И мы хотели их вместе взять. А он не ехал. Приехал Винн в Будапешт. И я туда срочно послал свой самолет и Банникова с группой захвата. Так что Винна мы прихватили вместе с машиной в Будапеште... По соглашению, которое у нас было. А Пеньковского, стало быть, взяли здесь.

    Пеньковского мы несколько раз не выпускали за границу, хотя и боялись, что американцы могут что-то заподозрить. Но они так к нему присосались, потому что считали, что он здесь занимает такое высокое положение, что рвать с ним ну никак нельзя. Тем более что Пеньковский, как Хлестаков, был на язык мастак... Когда с ним в Лондоне и Париже работали по два-три человека от американцев и англичан, он их всех так убалтывал, что они становились похожими на персонажей из гоголевского «Ревизора». Хотя сомнения у них, конечно, возникали, но он им не давал в себя прийти, убеждая, что он со всеми, как говорится, «на дружеской ноге». И этим, разумеется, еще большую цену себе набивал.

    И американцы с англичанами на нем «прокололись», как городничий и свита на Хлестакове. И вот теперь, чтобы выйти из чуть ли не комедийного положения, непростительного для разведок таких сверхдержав, какими являются Америка и Англия, им приходится уже самим набивать Хлестакову... прошу прощения... Пеньковскому цену, называя его своим суперагентом века в России, в то время как у нас действительно были такие суперагенты: и Филби, и Блейк, и Абель, и даже такие, про которых они, может, только через сто лет узнают. И что самое главное, все они не чета Пеньковскому, потому как работали не за деньги, а за идею. Время еще скажет свое главное слово в защиту разведчиков, которые делают дело именно за идею, а не за деньги! Потому что они настоящие люди, а не продажные шкуры, как очень правильно говорят у нас в народе.

    Впрочем, хотя вред от Пеньковского раздули как из мухи слона, он, видимо, все-таки на самом деле самый большой предатель среди наших разведчиков. Ну и... хорошо! Этому можно только радоваться.
    При всем при этом я полностью опровергаю утверждение, что на СССР работали даже такие главари фашистского режима, как Борман, Геринг и еще не знаю, кого нам припишут. Хотя, казалось бы, сделай вид, что не хочешь даже разговаривать на эту тему, и соответствующие службы во всем мире сочтут: ага... значит, действительно что-то было! Однако чекистам никогда не была нужна такая дешевая слава. Зачем приписывать себе то, чего не было? Тем более когда и без всяких приписок заслуг столько, что хватит, чтобы с величайшим почтением относились к нам все агентуры мира вместе взятые.

    В связи с этим нельзя не сказать о Евгении Евтушенко, который договорился до того, что якобы Семичастный благодаря именно ему смог раскрыть тайну авторства вышедших на Западе под псевдонимами книг Даниэля и Синявского. Бред какой-то... Ну неужели бы я с Евтушенко, с этим не умеющим держать язык за зубами человеком, стал бы о чем-то таком договариваться? Тем более о том, чтобы он что-то там под шум воды в ванной выведал у самого министра юстиции США, которым тогда был брат Джона Кеннеди Роберт? Нет, конечно! Все о тайных публикациях Даниэля и Синявского за рубежом узнали сами разведчики, а не какие-то там деятели типа Евтушенко, выдающие себя чуть ли не за сверхсекретных агентов Семичастного. И еще, коль уж упомянули имя президента США Джона Кеннеди, скажу, что КГБ не только не был причастен к его убийству, но даже не был заинтересован в этом убийстве. Скорее наоборот, считаю своей недоработкой, что не сумели предвидеть такое убийство, ибо после благополучного разрешения Карибского кризиса между Кеннеди и Хрущевым установилось взаимопонимание, выгодное для безопасности обеих стран.

    Это одновременный ответ и на другой больной вопрос советско-американских отношений: были ли у предполагаемого убийцы Джона Кеннеди Ли Харви Освальда какие-то отношения с КГБ? Да. Были. После его приезда в нашу страну и чрезвычайно неординарного шага Освальда получить политическое убежище в СССР путем попытки вскрыть себе вены в гостинице, КГБ еле удалось спасти его. Вид на жительство ему дали. Однако жить отправили хотя и не в захолустье, но подальше от Москвы. А именно в Минск. И, естественно, под негласным наблюдением спецслужб. А когда Освальд решил вернуться после женитьбы в Штаты, мы только облегченно вздохнули и не стали чинить ему никаких препятствий, а тем более давать какие-то задания от КГБ.

    Вот и вся, если коротко, правда о Ли Харви Освальде, попытавшемся побыть гражданином двух сверхдержав, но никак не суперагентом КГБ. Это понимают все трезвомыслящие политики США. Не понимают этого только падкие на сенсации интриганы от журналистики и те, кому нормальные взаимовыгодные отношения между Америкой и Россией в тягость. К сожалению, подобных безответственных интриганов хватает и в наших СМИ. Вот, скажем, благообразный диктор НТВ Михаил Осокин. Тоже любитель таких дурных вещей. Однажды он на весь мир выдал, что в окружении королевы Англии был агент, который выходил только на Семичастного. Я звоню на НТВ и говорю: «Откуда вы все это берете? Зачем вам надо туманить мозги всему миру?.. Вы хоть понимаете, что такое окружение королевы и что значит мне иметь на связи человека из этого окружения? Зачем?» Да. Некоторые иностранные послы работали с нами и имели со мной связь, но ведь это совсем другое дело. И королева Англии тут ну совершенно ни при чем. Это такая же нелепость, как и то, что люди из КГБ сожгли Пеньковского в топке. Да... много сказок о КГБ!
    http://freelance4.narod.ru/pen_.htm
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  11. #11
    Упрямая Оптимистка Аватар для Таллерова
    Регистрация
    24.12.2008
    Адрес
    Россия, Липецк
    Сообщений
    12,615
    Вес репутации
    211

    По умолчанию

    Погоня за «кротом»





    Не все уроки дела Олега Пеньковского усвоены до сих пор


    Ровно сорок пять лет назад самый известный советский «оборотень в погонах», агент нескольких разведок Олег Пеньковский послал свое последнее донесение своим шпионским кураторам накануне ареста. И хоть урон, объективно причиненный такими «кротами», иногда трудно даже подсчитать, разоблачения Олега Пеньковского, генерала ГРУ Полякова, научного сотрудника «Трианона», ставшего антигероем романа Ю. Семенова «ТАСС уполномочен заявить», принято считать синонимами классически успешных операций отечественной контрразведки. Но разоблачить мало, необходимо не повторять прежних ошибок.

    Все, кто читал «Аквариум» Резуна-Суворова, не могли не запомнить с пафосом описанную сцену приобщения будущего перебежчика к корпусу советской военной разведки ГРУ. Новичку показывают «учебный фильм» по заталкиванию в топку для сжигания служебных документов связанного человека средних лет в дорогом костюме.
    Несчастного, несмотря на его отчаянные попытки освободиться, медленно, ногами вперед, вдвигают в огненное жерло, и при этом начальник предупреждает, что именно так у них обходятся с предателями.

    Как показало время, такая театрализованная экзекуция не произвела должного впечатления на будущего предателя, однако сам Резун решил, что имитация казни подразумевала расправу над Олегом Пеньковским, человеком, открытый процесс над которым стал первым настоящим судом над реальным шпионом после многочисленных судилищ тридцатых годов над мнимыми агентами тридцати заграничных разведок.

    Впрочем, во времена Пеньковского «Аквариума», стеклянной штаб-квартиры ГРУ на Хорошевке, еще не было и в помине. Сам же Олег Владимирович Пеньковский, худощавый подвижный человек с неприметным простоватым лицом, полковник ГРУ Генштаба, служил на «хлебной», по понятиям того времени, должности в Госкомитете по науке и технике при Совмине СССР. Дело в том, что работа в этой организации предполагала постоянные командировки за границу для посещения международных технических выставок, а также для укрепления сотрудничества в сфере, естественно, науки и техники.

    Нетрудно понять, что многие «выездные» позиции в такой конторе занимали коллеги Пеньковского, призванные совмещать легальное знакомство с современными технологиями с вербовкой носителей технологических секретов и продвинутых технологий.

    В последующие годы много спорили и у нас, и за границей о мотивах, подвигших на измену персонажа, процветавшего, по советским стандартам. Естественно, сразу же обозначились две противоположные точки зрения на этот феномен. На Западе Пеньковского называли «человеком, спасшим мир», на том основании, что полученная от него информация по советским ракетным технологиям помогла администрации Кеннеди занять твердую позицию на переговорах с Хрущевым и не поддаться-де на советский блеф в ходе Карибского кризиса. В Москве, как нетрудно догадаться, упор делали на невысокие моральные качества бывшего полковника, на то, что «меру в женщинах и в пиве он не знал и не хотел».

    Позже родилась романтическая история о том, что отец Пеньковского был белогвардейским офицером. А потому он всю жизнь боялся разоблачения. Но это уже совсем из области фэнтези.
    Так или иначе, но Пеньковского никто не вербовал, он оказался самым ценным за весь двадцатый век инициативником. То есть агентом, инициативно предложившим свои услуги иностранным спецслужбам.
    Позже, когда были приоткрыты некоторые архивы, в том числе и ЦРУ, выяснилось, что Пеньковский навязчиво предлагал свои услуги американцам еще в 1955 году, когда работал в Турции на должности помощника военного атташе.

    Причем офицер намекал, что готов поделиться информацией о планах СССР на Ближнем Востоке. Тогда ему не поверили, сочли провокатором и на контакты не пошли. Хотя нельзя исключить, что Пеньковский действительно намеревался в то время затеять обычную разведывательную игру с санкции руководства.
    Так или иначе, но в Москве Пеньковский, которого связывали вполне дружественные отношения с главой ГРУ Иваном Серовым, возобновил свои попытки «послужить делу мира».

    Загадка Пауэрса

    Существует несколько версий ситуации, которая позволила наконец Пеньковскому достучаться до своих будущих хозяев, отличавшихся разумной подозрительностью. По одной из версий, это произошло на дипломатическом приеме в Москве, по другой – он напрямую обратился к двум посетившим столицу американцам, попросив их передать в посольство США его письмо, в котором полковник открытым текстом обещал сообщить информацию об истинных обстоятельствах уничтожения американского разведывательного самолета «У-2». Пеньковский утверждал, в частности, что, вопреки утверждениям пропаганды, летчика Пауэрса не только не сбили первой же ракетой, но ни одна из 14 выпущенных ракет класса «земля-воздух» так и не достигла цели. Пришлось поднимать истребители, один из которых все-таки достал самолет-разведчик.

    Странно, но американцы решили перепоручить «кураторство» над Пеньковским своим коллегам из английской службы СИС. Не исключено, что у коллег-британцев были более отлаженные связи с Госкомитетом. И действительно, англичане использовали для установления контакта предпринимателя Винна, имевшего постоянные рабочие отношения с конторой прикрытия Пеньковского, а значит, и возможность постоянно общаться с агентом, не вызывая излишних подозрений.

    В течение двух лет Пеньковский, работавший одновременно и на ЦРУ, и на СИС, передал столько фотокопий секретнейших документов, касавшихся советских ядерно-ракетных планов, что над их обработкой работало несколько десятков аналитиков. Кстати, утверждают, что обширную информацию агент почерпнул из близкого личного общения с главным маршалом артиллерии Варенцовым, начальником Главного управления ракетных войск и артиллерии (ГРАУ). Во время Второй мировой Пеньковский служил у Варенцова порученцем.
    В среде советской номенклатуры, особенно за рюмочным общением, знаменитый лозунг: «Болтун – находка для шпиона» – предавался забвению.

    А вот разоблачение Пеньковского стало лучшей иллюстрацией спортивной мудрости – порядок бьет класс. Дело в том, что ни аналитики КГБ и ГРУ, ни советские агенты-нелегалы не смогли вычислить источник «утечки», а также ее истинный масштаб. Полковник-оборотень был взят на заметку в результате плановой рутинной операции контрразведки. И это обстоятельство напрочь опровергает все рожденные вокруг дела Пеньковского красивые и романтичные легенды. Но обо всем по порядку.

    Ищите женщину

    Впрочем, легенд, из которых можно скроить не один авантюрный роман, две.
    Первая утверждает, что Пеньковский был отнюдь не сумасшедшим и пошел на контакт с врагом исключительно с санкции своего прямого руководства. Для чего? Ну хотя бы для того, чтобы с помощью правдивой инсайдовской информации продемонстрировать Западу, что Хрущев явно преувеличивает свои ядерные возможности, а потому бояться СССР не стоит. То бишь внушить американцам ложное представление о собственной безопасности, успокоить их.

    В качестве косвенного доказательства такой версии ссылаются на то, что рабочие контакты с Пеньковским, помимо Винна, поддерживал сотрудник английского посольства в Москве Рори Чисхольм, выявленный к тому времени агент СИС, благодаря информации уже нашего «крота» Джорджа Блейка.

    Блейк работал с Чисхольмом в британской резидентуре в Германии. Версия эта хромает на обе ноги. Во-первых, никто бы в СССР не стал рисковать, передавая американцам подлинные документы. И, тем более, сознательно компрометировать дорогого Никиту Сергеевича. Не нынешние нравы. Речь ведь не идет о романе в стиле «шпиона, пришедшего с севера». Что касается британского разведчика, то хоть за ним, естественно, и была установлена слежка, но контакты с Пеньковским осуществляла его жена, да и слишком редки они были.

    Версия № 2: Пеньковский стал жертвой большой политической игры. Его специально сдали янки. Зачем? Да все очень просто. Влиятельные американские круги ВПК были, дескать, заинтересованы в осложнении отношений с Союзом в момент, когда на горизонте обозначились признаки посткарибской оттепели. А потому и провернули комбинацию подставы. Вина за провал Пеньковского автоматически ложилась на англичан, а скандал, вызванный разоблачением «крота», поднял в Кремле такую волну искреннего антиамериканизма, что ни о каком сближении Москвы и Вашингтона не могло быть и речи. «Холодная война» вышла на очередной виток со всеми вытекающими из такого факта военными сверхрасходами.

    Версия, как мы видим, не менее красивая, но ничего общего с реальностью не имеющая.
    Провал такого ценного агента – трагедия для любой разведки. Вместо наград и повышений – отставки и забвение. Не верится в то, что ЦРУ могло провернуть столь бессмысленную комбинацию. А отношения Кремля и Белого дома были и так на точке замерзания.

    А теперь вернемся к уже объявленной нами рутинной операции КГБ. Честь установления западного «крота» принадлежит безымянным сотрудникам седьмого управления КГБ, а попросту говоря «топтунам», сотрудникам, ведущим наружное наблюдение, наружке. Их внимание привлек тот факт, что жена, как мы уже отметили, выявленного сотрудника СИС – Чисхольма – Джаннет, мать троих детей, во время прогулок со своими отпрысками время от времени заходит в разные подъезды.

    В принципе, агентам могло показаться, что женщина просто заходит поправить предметы своего туалета. Однако после очередного подъездного захода мисс Джаннет наружка заметила, что через некоторое время из подъезда вышел вполне советский человек, который, как потом выяснилось, там не проживал и знакомых не имел. Человек был сфотографирован и спустя некоторое время идентифицирован. Как мы видим, «агенты с улицы» оказались лучшими аналитиками. Ведь незнакомца можно было и «не пробивать». Мало ли кто может выйти из подъезда.

    Так впервые Пеньковский попал на заметку. Подозрения усилились, когда он рискнул без санкции Второго главного контрразведывательного управления посетить посольство Великобритании. Теперь его вели постоянно. Зная об обширных связях подозреваемого да плюс отдавая себе отчет в том, что ГРУ могло вести собственные активные операции, контрразведчики установили камеру в цветочном ящике соседей Пеньковского. Затем пришлось отправить в отпуск на Черное море семью, проживавшую этажом выше. На этот раз удалось просверлить потолок квартиры «оборотня» и спустить к нему миниатюрную камеру размером с булавочную головку. С ее помощью и удалось зафиксировать работу Олега Пеньковского с шифроблоками. А последовавший затем обыск не оставил сомнений: полковник ГРУ – опасный шпион. Заканчивался август 1962 года.
    Вскоре арестовали не только Пеньковского, но и его главного связного, бизнесмена Винна. Пеньковский был публично судим, был приговорен к высшей мере пролетарской защиты – расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 16 мая 1963 года. А его неудачливый компаньон Гревилл Винн получил длительный срок – восемь лет строгого тюремного режима. Но сидел недолго. В апреле 1964 года его обменяли на… Гордона Лонсдейла, в миру Конана Молодого, прототипа героя фильма «Мертвый сезон».

    Так что литовский артист Норейка, изображавший нервного шпиона, побежавшего на последних метрах к своим, играл Винна. Если это кому-то интересно.
    Но главный вывод сводится к тому, что, как в Союзе, так и сейчас, для контрразведки сохраняются значительные трудности в работе с персонажами, входящими в элитарные круги общества. Связи Пеньковского, его близкое знакомство с маршалом долгое время сбивали со следа наши спецслужбы.

    Аналогично чуть позже обстояло дело и с другим видным предателем Шевченко, нашим представителем при ООН, которого прикрывала от всех подозрений близкая дружба с тогдашним министром иностранных дел Громыко. Причем после побега Шевченко сам Громыко решительно отвергал любые намеки на близкие отношения с «оборотнем». Пришлось контрразведчикам, чтобы прикрыть уже собственные спины, предоставить Андропову снимки семейных пикников Громыко и Шевченко.
    О том, что творилось в наших верхах в перестроечные годы и после полного торжества демократии, и говорить не приходится.
    Одна фигура Березовского чего стоит…

    №156 (24690) от 27.08.2007
    Автор: Михаил ЩИПАНОВ
    http://www.vmdaily.ru/article.php?aid=38492
    Don't you cover and shall you not be covered (с)




  12. 3 Сказали спасибо Таллерова:

    Bond (12.04.2010), Mariner (12.04.2010), Игорь П. (12.04.2010)

  13. #12
    *****
    Регистрация
    28.12.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    14,789
    Вес репутации
    153

    По умолчанию

    Не одна гнида была у нас.
    Даже дядьке моему пришлось ехать совсем не в ту страну, куда планировалось - как и отцам многих моих однокашников - а некоторых просто выслали (из Англии).
    Но, опять же справедливости ради, скажу, что наши тоже не пальцем деланы, даже если по несколько рассекреченному делу Эймса судить обывателям.

  14. Сказали спасибо Mariner :

    Таллерова (12.04.2010)

  15. #13
    ***
    Регистрация
    12.11.2009
    Сообщений
    310
    Записей в дневнике
    3
    Вес репутации
    32

    По умолчанию

    В школьные годы слышал разговоры о том, что якобы после ареста Пеньковского площадку № 4 (на которой проходили ракетные испытания) демонтировали. Так и говорили в городке - "старая четверка", "новая четверка". А еще по этой причине Кап Яр не стал космодромом, начали искать альтернативу и нашли - Байконур. И то же по вине этого козла, поскольку он часто посещал полигон. Хотя по поводу космодрома твердо утверждать не буду - это все из разговоров наших отцов.

  16. Сказали спасибо Игорь П. :

    Таллерова (12.04.2010)

  17. #14
    Общевойсковой командир-практик Аватар для Божья Искра
    Регистрация
    25.12.2008
    Сообщений
    4,479
    Записей в дневнике
    1
    Вес репутации
    318

    По умолчанию

    Цитата Сообщение от Таллерова Посмотреть сообщение
    • 1939—1940 — политрук батареи (участник польской и финской войны)
    • 1940—1941 — заместитель начальника политотдела по комсомольской работе Московского артиллерийского училища
    • 1941—1942 — старший инструктор по комсомольской работе политуправления Московского военного округа
    • 1942—1943 — офицер по особым поручениям Военного совета Московского военного округа
    Вот оно - главное....
    "Красивых женщин я успеваю только заметить. И ничего больше", - Виктор Степанович Черномырдин

    "Моя жизнь прошла в атмосфере нефти и газа", - Виктор Степанович Черномырдин

    "Да. Потому что это касается лично меня. ... а все, что мое, для других должно быть свято. Мир - это я, все остальное сделано для моей потребы и удовольствия. Единственная вещь в жизни, которую следует принимать всерьез, это твоя собственная душа. Прислушивайся к тому, что она повелевает. Мир может рухнуть вместе с флотом, отечеством, престолом и всеми абстрактными понятиями о долге, о чести и о прочем, но душа твоя всегда останется с тобой. И если ты служил ей, "не щадя живота своего, как верному, честному и нелицемерному воину быть надлежит"*, то крушение всей вселенной тебя мало взволнует..."
    ______________
    * Слова царской присяги.

    (с) Л.С. Соболев "Капитальный ремонт"

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •